Но так и быть. Поехал. Куда только не поведёт член…
— Добро пожаловать в столицу нашей Родины. Снимай уже, — Бугай припарковал машину прямо у Иверских ворот, не опасаясь ни штрафов, ни того, что их могут увидеть, и потянулся к Цветочкиной, чтобы наконец привести в действие орудие, изнывающее в штанах.
— Давай ты сначала, — она ловко расстегнула его штаны и зачем-то потянула их вниз, хотя можно было бы и без полной обнажёнки. Не те условия. Но, как говорится, как мадам пожелает.
Он откинул сидение и улёгся с видом довольного кота, в ожидании порции сметаны.
Его мобильник снова завибрировал, оповещая хозяина о сообщении, но Ирка, ловко его выхватив, бросила в свою сумочку.
— Чтобы нам никто не помешал, — объяснила ему и огляделась по сторонам. Аккуратно собрала все разбросанные вещи Синицына и быстро чмокнув его в щеку, выпрыгнула из иномарки.
— Не понял! Ты куда?! — Бугай тут же поднялся и, поняв, что она прихватила его одежду, зарычал.
— Ну-ка стой, коза драная! — он бросился за девушкой в чём мать родила, громко хлопнув дверью автомобиля.
Цветочкина оглянулась и обомлела. Догонит. Как пить дать догонит. И всю душу из неё вытрясет. Но спасение явилось в виде двух полицейских, что делали очередной обход.
— Помогите! Насилуют! — завопила Ирка и бросилась бежать.
Евгений чертыхнулся, когда заметил и без того нелюбимых им ментов.
Он уже было развернулся, чтобы ретироваться, но те его заметили и, выпучив глаза, ринулись за нарушителем порядка.
— А ну стоять! — один из них даже достал оружие, что в этой ситуации выглядело совсем уж комически.
— Сука! Убью! — прошипел Синицын, удивляясь тому, как ловко эта малолетняя сучка его уделала.
— Эй, ты! Тарзан недоделанный! Руки за спину! — похоже, мент вовсе не шутил.
Женя, прикинув на глаз ситуацию, подумал, что можно вырубить этих двоих, а потом догнать девку и прострелить ей обе ноги, но полицейским пришла на подмогу ещё одна машина.
— Ни хрена себе! Да он совсем голый! — раздался дикий гогот ментов, пока один из них застёгивал на руках Бугая браслеты.
— А здоровый какой бычара, — проворчал самый щуплый из них.
— Начальник, если что, я не по этим делам, ты уж прости, — нахально заухмылялся Синицын, всё ещё мысленно имея Цветочкину и всех её родственников.
— Ты поговори мне ещё! Похоже, что нам будет о чём поболтать, — мент кивнул на тюремные наколки Бугая. — Грузим его, ребят!
Неудавшегося любовника повели к милицейскому, ещё советскому «бобику», которых Женёк за свою жизнь навидался в доволь. Но вот в такой позорной жопе он впервые. И он, потрясывая своим неудовлетворённым достоинством, скрипя зубами и порыкивая от злости, пошёл. Сладких снов, Ира Цветочкина, ведь это твоя последняя ночь!
Илья облокотился рукой о решётку железной двери, сотрясаясь от хохота. Позади него всё так же гогочут полицейские. Кто видел результат любовных похождений Бугая, тот в цирке не смеётся.
Синицын с каменным лицом натягивает на себя долгожданные джинсы, фантазируя, как медленно и мучительно будет убивать Цветочкину.
— Илюх, ну ты то! — Евгений грозно зыркает на ментов и те тут же замолкают. Хотя, их можно понять, не каждый день задерживают помощника депутата Госдумы в «костюме Адама».
— Пошли, Казанова голожопый, — Ворохов не прекращая корчиться в судорогах смеха направляется к двери.
— Иди ты нахрен, — ворчит Бугай, но торопится покинуть ненавистный участок, где даже тараканы заценили его позор. — Вообще-то, это ты сучке мой телефон подогнал.
— И я не ошибся, согласись! У девчонки отличное чувство юмора, — Илья снисходительно пропускает друга вперёд к машине, поджав губы и прыская от нового приступа.
— Убью шалаву! — Женя в сердцах хлопает дверью внедорожника.
— А вот это уже лишнее, — Илья протягивает ему телефон, изъятый у «шутницы». — К ним не ходи. Арину испугаешь.
— Да не вопрос! Эта курица вроде в «Усадьбе» работает?
— Синицын явно настроен решительно.
— Женёк, — Ворохов поморщился. — С бабой воевать не твоё.
— Бля, эта сучка меня унизила! — и вправду, терпение Бугая дошло той самой критической отметки, когда уже никакие разговоры не помогут.
Илья замолчал. В конце-концов, это не его забота. Ему бы со своей мятежницей разобраться. Она точно что-то задумала, но он пока не разобрался в этом, отвлекаясь на её ласки. А ей того и надо. Запудрить ему мозги, вывести из строя, а потом выкинуть что-нибудь эдакое. Доверять женщинам вообще опасно, что ещё раз доказывает случай с Женей.