Нежданно-негаданно телефон в руках завибрировал, оповещая о новом сообщении в «Вайбер». Глаза Цветочкиной полезли на лоб, когда на экране высветилось «Дикарь». Девушка ахнула, но открывать сообщение не торопилась, а то ещё вообразит себе, что она только тем и занята, что сидит в ожидании его смс. Хотя, в принципе, он ей никогда и не писал за исключением одного раза, где угрожал расправой над «козой». Интересно, что сейчас придумалось ему? И зачем, спрашивается, писать по телефону, если находишься в соседней комнате?
Не удержалась, открыла.
Дикарь: «Как себя чувствуешь?»
Ирка фыркнула. Это к чему? Решил, что достаточно ей отлёживаться в его милой квартирке, пора выгнать к чертям? Видать, поэтому не ушёл сегодня на работу…
Ира: «Замечательно. А что?»
Дикарь: «Сегодня Илюха с твоей подругой приезжают. Могли бы с ними сходить куда-нибудь.»
Если бы Цветочкина лежала на краю кровати, то точно бы свалилась с неё. И вовсе не потому, что удивилась приезду Арины.
Ира: «Заманчивое предложение… Только, я не понимаю, к чему это? Разве ты не ненавидишь меня?»
Кликнула на отправку и стукнула себя по лбу. Вот дура! Ничего умнее не придумала?
Дикарь: «Да… Извилина у тебя одна, прямая, и то на жопе.»
Девушка рыкнула, когда представила его издевательскую ухмылку в этот момент.
Ира: «Вот только давай без оскорблений!»
Дикарь: «Цветок, если бы я тебя ненавидел… Ты знаешь, что было бы, в общем.»
О, да! Она знает… До сих пор чёрное дуло его ствола перед глазами.
Ира: «Ладно… Можно сходить куда-нибудь.»
Дикарь: «Ещё кое-что. Я видел, ты Алисе массаж очень профессионально делала»
Ира: «И?»
Дикарь: «У меня спину вчера во время тренировки переклинило.»
Цветочкину чуть столбняк не расшиб. Это он что, намекает на массаж? Да что там намекает! Прямым текстом говорит.
Ира: «Ну приходи…»
Спустя всего минуту, Бугай деловито прошагал в её спальню и, уже до пояса обнажённый, ввалился на кровать, что жалобно прогнулась под ним.
Ирка разинула рот. Только сейчас она поняла, что раньше никогда не видела спину Жени. На его плечах были «набиты» тёмные крылья, а на всю спину образ Богоматери.
— Ух ты! — не удержалась девушка и прикоснулась пальчиками к татуировке. — Красиво… Я тоже такую хочу.
— Тогда тебе придётся держать ответ перед блатной иерархией, — как-то буднично проворчал в подушку Синицын.
— В смысле? Что это значит?
— Это тюремная татуировка.
Хорошо, что он не видел в этот момент лицо Цветочкиной. Она, разумеется, знала, что Дикарь не пушистый зайка, но чтобы настолько!
— Эээ… А за что ты…
— Первый раз или второй? — улыбнулся в подушку, представляя, как Ирка ищет свои глаза, вылезшие из орбит.
— Оба… — куда она вляпалась? И ведь до сих пор толком не понимала, в какой мир их с Аришей занесло.
— Первый раз по малолетке за грабёж, второй — убийство, — он мысленно отвесил себе подзатыльник. Зачем откровенничает с ней? Однако… Пусть знает, от кого детей хочет. Словно надеялся, что она сама себя спасёт от него.
— И кого ты убил? — казалось, даже губы занемели.
— Педофила. Он на девочку чуть старше Алиски полез. Долгая история, в общем. Массаж то будешь делать, нет?
Ирка кивнула сама себе и принялась разминать дюжее тело, полностью утонув в своих раздумиях. Где-то из ванной послышался довольный визг малышки, которая живёт себе и даже не подозревает, что за неё могут порвать в клочья.
— Сильнее, — почти простонал Бугай и Цветочкина, встав на колени, приложила все усилия, чтобы выполнить его пожелание. Спрашивается, зачем? Сама себе могилу роет чайной ложкой.
— Залезь на меня, так неудобно, я нихрена не чувствую.
Она снова кивнула и, закинув на него ногу, попыталась сесть чуть ниже поясницы. В этот момент Женя резко развернулся и, подхватив её за бёдра, усадил себе… Не на поясницу. Девушка испуганно пискнула. Тут же своей промежностью почувствовала его неслабую эрекцию.
— Ты чего? — её голос осип.
— Я спрошу только один раз, а ты хорошо подумай прежде, чем ответить, — его глаза прожигали в ней дыру.
Она кивнула.
— Сегодня утром Муху отправили на тот свет. Его же подельники… В общем, тебе больше ничего не угрожает и ты можешь отправиться домой в любой момент, — незаметно для себя, он начал поглаживать большими пальцами рук её стройные ножки. — Но я предлагаю тебе остаться жить со мной и Алисой. Не просто, как гостья, а как моя… Женщина, — надо же, даже не использовал излюбленное «баба». — Понимаешь? Целиком и полностью. Само собой, для Алисы ты должна быть, если не матерью, то хотя бы нормальной мачехой. Я не обещаю тебе неземной любви и кофе в постель по утрам… Но обеспечу вполне нормальную жизнь. Подумай хорошенько, а потом дашь свой ответ.