Я неуверенно потираю затылок.
– Конечно.
Он нежно – и на этот раз действительно целомудренно – целует меня на прощание, а я почему-то точно знаю, что сегодня мы ничего не закончим.
А следующим утром меня будит историческое событие. Сообщение от Рика.
«Тебе из школы пришло какое-то письмо».
Не могу сказать, какой именно факт этого события достоин войти в анналы истории – то, что Рик вообще прислал мне сообщение, или же то, что в нем нет ни единой грамматической ошибки.
Пальцы зависают над экраном с открытым сообщением.
Это историческое, единственное в жизни событие, должно быть, инсценировано мамой, которая, очевидно, разговаривать со мной не желает, но не настолько злопамятна, чтобы забить на мою учебу.
Я пишу ответ: «Что там? Можешь фото прислать?»
Ответ от Рика приходит на удивление быстро, но понятнее не становится: «Оно на столе на кухне».
Я вздыхаю.
Толку спрашивать? От Рика точно никакого.
Последнее, чего мне хочется, – возвращаться в трейлер после вчерашней разборки, но не знаю точно, насколько важно письмо.
К сожалению, Лайонсвуд очень гордится тем, что общается как налоговая служба. Электронные письма только об изменениях в расписании и срочных новостях, которые не могут ждать два-три дня, но все остальное – информация про учебный год, табель с оценками, убийственные замечания о поведении – законная цель для почтовой рассылки.
Насколько я знаю, это может быть обновленный список требований к следующему семестру, рекомендательное письмо, о котором я просила мисс Хэнсон, или еще какие-то важные документы.
Прикусываю губу, размышляя, что хуже: встретить маму с Риком или не закончить школу.
Я все сижу и смотрю на телефон, когда распахивается дверь и на пороге появляется Адриан с парочкой стаканчиков с кофе.
– Ты проснулась. Наконец-то. А я вот за кофе тебе сбегал.
Окидываю взглядом его вздымающуюся грудь под намокшей от пота футболкой.
– Похоже, ты и правда буквально сбегал за кофе.
Адриан протягивает мне синий бумажный стаканчик с незнакомым логотипом.
– Только туда, обратно шел пешком по очевидным причинам. – Он бросает недовольный взгляд на Apple Watch на запястье. – Время стало хуже.
Я отпиваю глоток, едва не застонав от удовольствия. Это вкусный крепкий кофе ручной обжарки, который не надо заливать молоком и засыпать сахаром.
– Правда?
– В прошлый раз я пробежал пятнадцать километров за пятьдесят пять сорок два. Сегодня пятьдесят пять пятьдесят, – ворчит Адриан, просматривая какую-то статистику на часах. – И пульс был больше в третьей зоне, чем во второй.
– Да ладно… это всего восемь секунд. – Я смотрю на него, и тут до меня доходит. – Ты пятнадцать километров пробежал, чтобы кофе нам купить?
Последний вопрос Адриан пропускает мимо ушей.
– Это на восемь секунд медленнее.
Зная Адриана, догадываюсь, что эти восемь секунд – все равно что восемь минут, и вряд ли я смогу сказать что-то такое, что его переубедит.
Поэтому меняю тему:
– Мне сегодня нужно заехать домой. Пришло какое-то письмо из школы. Надо посмотреть, вдруг что-то важное.
Он все еще смотрит на часы.
– Я вызову водителя. Только приму душ, и мы можем…
– Нет, – срывается с губ прежде, чем успеваю подумать, и Адриан вопросительно приподнимает бровь. – Я хотела сказать… не надо. Думаю, лучше будет, если съезжу одна. На одного человека для битья меньше.
И мне не придется беспокоиться о том, что мама повторит Адриану какие-то свои необоснованные выводы.
– Ты уверена?
Я киваю.
– Обернусь за час.
К моему удивлению, он соглашается, и, хотя я не в восторге оттого, что проведу часть дня с мамой и Риком, все же немного утешает, что я не обрекаю Адриана на ту же участь.
Ужасно неохотно покидаю безопасное пространство машины Адриана и ступаю в неизвестность, которая ждет меня в трейлере. Но облегченно выдыхаю, когда вижу, что маминого «Сатурна» нет на подъездной дорожке.
Как и пикапа Рика.
Не может быть, чтобы мне настолько повезло.
Нахожу на крыльце под горшком с цветком запасной ключ и открываю дверь. Изнутри не доносится ни гула спортивного матча в гостиной, ни звона посуды на кухне, что означает, что я в самом деле здесь одна.
Слава тебе господи.