– Кирилл! – кричу я, но мой крик сливается с ревом толпы.
– Да сколько можно?!
Кто-то дергает меня за плечо и разворачивает назад. Это тот самый мужчина, что был недоволен в прошлый раз.
– Хочешь кричать, иди туда. – Он указывает на арену. Туда как раз начинают запускать людей. – Или сядь уже. Мы все пришли посмотреть бой.
Я киваю словно под гипнозом и сажусь на место. Не моргая, смотрю на Кирилла. Кажется, страх парализовал меня. Я не могу пошевелиться, не понимаю, дышу ли я вообще. Голос ведущего звучит словно бы откуда-то издалека. Раздается звон гонга, и Кирилл вместе в громилой встают в стойку.
Это всего лишь представление. Они же не собираются драться по-настоящему?
Я знала, что Кирилл занимается боксом и участвует в соревнованиях. Но думала, что это происходит как-то по-другому и не где-то в подвале.
Смотрю на арену широко распахнув глаза, затаив дыхание. Нет, я все прекрасно понимаю, но все еще надеюсь, что это просто спектакль, розыгрыш, и сейчас Кирилл и его соперник пожмут друг другу руки и разойдутся.
Первым атакует противник Кирилла. Я в ужасе срываюсь с места, сердце едва не вылетает из груди. Но Кирилл уклоняется, и я облегченно выдыхаю. Сажусь, пока сосед сзади опять не начал возмущаться, хотя теперь многие повскакивали со своих мест. В следующее мгновение удар наносит Кирилл, его кулак достигает цели раз, затем другой. Публика ликует, и я чувствую, как по моим венам разливается адреналин.
Я слежу за боем, сжав кулаки, прикусив губу, — настолько сильно напряжение. Кирилл ловко уворачивается ото всех атак противника, и в душе́ я ликую. Это необыкновенные ощущения, незнакомые мне ранее, и я даже не знаю, как себя вести.
Но в тот же миг Кирилл пропускает очередной удар – оппонент попадает ему прямо в челюсть своим мощным кулаком. Голова Кирилла дергается в сторону, изо рта брызжет кровь.
– Кирилл! – ору я, вскакиваю с места и бросаюсь к арене.
Мне не пробиться сквозь толпу фанатов. Я пытаюсь растолкать людей, на меня смотрят, как на сумасшедшую, пихают, ворчат, но мне все равно, мне нужно знать, что с Кириллом. Я должна увидеть его!
Пробираюсь к само́й решетке и вцепляюсь в нее пальцами.
– Кирилл! – кричу я во все горло.
В этот момент противник наносит ему еще один удар, и Кирилл падает в метре от меня. Его взгляд блуждает, но затем он замечает меня и улыбается своей наглой и нахальной улыбочкой победителя. Я трясу решетку, словно это может помочь мне попасть на ринг и спасти Кирилла.
Кирилл в один рывок поднимается на ноги и атакует противника в прыжке с такой силой, что тот едва удерживается на ногах. Кирилл не ждет и бьет еще раз, а затем еще.
Пальцы по-прежнему крепко сжимают решетку. Меня охватывает шок от происходящего. Только что мне было так страшно, что я почти не могла дышать, а теперь я радуюсь тому, что Кирилл побеждает. И даже начинаю мысленно подбадривать его. Давай же, ударь его!
Никогда не думала, что могу быть кровожадной. Но сейчас мне нравится смотреть, как Кирилл избивает своего противника.
Амбал наконец падает. Он лежит без движения, и секунду я думаю, что мужчина мертв. Но тут подходит рефери, щупает его пульс и начинает вести отсчет.
Кирилл понимает, что он уже победил, так как его противник даже не двигается. Он с победоносным видом прохаживается по арене, посматривая на соперника, а потом подходит ко мне.
На его губах запекшаяся кровь, бровь разбита, но отчего-то это выглядит так возбуждающе. А его взгляд… Темный, торжествующий, ему невозможно не покорится. Кирилл наклоняется ко мне, и тут рядом раздаются женские вопли. Только сейчас я замечаю, что вокруг почти одни девушки. Они толкают меня и кричат, но Кирилл словно их не замечает. Он смотрит только на меня.
– Это для тебя, – произносит он.
Из-за женского визга я не слышу его, поэтому читаю по губам. По коже проносится волна мурашек, а внутри разгорается настоящий пожар.
– Десять! – громко кричит рефери, встает, хватает Кирилла за руку и поднимает ее, объявляя победителя.
Я не понимаю, что испытываю. С одной стороны — радость от победы Кирилла, но с другой… Я смотрю на его соперника, которого выносят с ринга двое мужчин. Он жив? Или нет?
– Старуха. – Меня толкает одна из девиц – непонятно даже, какая из них. Их так много, не разберешь.
– Вырядилась, как идиотка, прошлый век.
– Может, это его мамаша?
– Ага, точно! Если только мамочка.
Я озираюсь по сторонам, но лица девушек сливаются в одну сплошную массу, их можно отличить только по цвету волос, да и то с трудом. Трясу головой. Ощущение, что я попала в какой-то фильм ужасов. Все смотрят на меня, толкают все сильнее, прижимают к решетке. Меня окружают. Но даже их оскорбления, которые продолжают сыпаться со всех сторон, не задевают меня. А потом мне начинают наступать на ноги, на мои дорогущие фирменные туфли.