Он наклоняется, его горячее дыхание опаляет мои губы. Еще немного, и он коснется их. Нет! Я резко отворачиваю голову, и Кирилл замирает. Хочу сделать шаг в сторону, но он преграждает мне путь, упирая в стену руку, и тут же ставит вторую руку с другой стороны. Я в капкане, мне некуда деваться. Я не могу противиться ему. Или… не хочу?
Кирилл нежно прикасается тыльной стороной ладони к моему предплечью, медленно ведет по нему вверх. Кожа словно наэлектризовывается, каждое касание волнами разносится по телу. Я перестаю дышать, сердце то пропускает удары, то колотится, как сумасшедшее. Время замедляется. Пальцы Кирилла касаются моего подбородка, приподнимают голову. Я подчиняюсь Кириллу, словно под гипнозом, и смотрю в его карие глаза. Они как будто порабощают меня, засасывают в свой темный омут.
Наши губы становятся все ближе. Мне страшно, но где-то в глубине души я жажду этого поцелуя. Непроизвольно облизываю нижнюю губу, и Кирилл воспринимает это как сигнал к действию. Он накидывается на меня, давит мне на затылок, прижимая к себе, его язык нагло проникает в мой рот.
Это какое-то наваждение, помутнение рассудка, но я тоже обнимаю Кирилла, отвечаю на поцелуй. Воздуха не хватает от захлестнувшей меня страсти. Руки Кирилла опускаются мне на ягодицы и приподнимают их. Обхватываю его бедра ногами, обвиваю руками шею. Он прижимает меня к стене, развязывает халатик и тут же опускается с поцелуями к груди, отодвинув купальник.
Кирилл набрасывается на меня словно дикий зверь, сжимает грудь, кусает кожу. Внутри меня разгорается настоящий пожар, каждое прикосновение сводит меня с ума и заставляет стонать от удовольствия.
Я не понимаю, что со мной происходит. Между ног появляются жгучие тянущие ощущения, все сжимается, пульсирует. А в следующее мгновение Кирилл резко входит в меня. Я вскрикиваю от удовольствия, вцепляюсь ему в волосы и, закрыв глаза, запрокидываю голову. По телу медленно растекается тепло.
Кирилл сжимает мою грудь, заставляя меня ощущать сладостную боль, и начинает насаживать меня на член. По комнате разлетаются громкие шлепки от столкновений наших тел. Какое-то сумасшествие, животное желание. Я впиваюсь ногтями в плечи Кирилла, он рычит и, поставив меня на ноги, разворачивает лицом к стене. И вновь входит в меня с диким рыком.
Я подчиняюсь ему, словно марионетка. Он хватает меня за волосы и тянет так, что мне приходится запрокинуть голову, другой рукой удерживает бедра и вколачивается в меня. Погружается полностью до самого основания.
Тело невыносимо сводит от напряжения. Уже не разбираю, что происходит. Я то ли постанываю, то ли кричу. Кирилл только наращивает темп и такое ощущение, что все глубже входит в меня, задевая неизвестные точки.
Он опускает руку на мой клитор и с нажимом массирует его. Все темнеет перед глазами, чувствую, как волна оргазма накрывает меня, и кричу. Несколько секунд даже не дышу, ослабевшее тело дрожит, ноги подкашиваются. Кажется, я вот-вот упаду.
Кирилл хватает меня за бедра, с диким воплем вколачивается, а затем резко выходит и наваливается на меня, вжимая в стену. Он тяжело дышит и покусывает мою шею.
Сознание медленно возвращается. Мне стыдно. Кирилл поглаживает мое тело, сжимает грудь.
– Уходи, – шепотом произношу я.
– Что? – Он словно не понимает и опускает руку мне между ног. Отталкиваю ее и, резко развернувшись, смотрю на него.
– Уходи отсюда, – сдержанно повторяю я, запахивая халатик.
– Маша? – Он делает шаг ко мне, протягивает руки, пытается обнять. Толкаю его в грудь что есть силы.
– Проваливай! – ору я. Чувствую, что вот-вот из глаз хлынут слезы.
Кирилл растерянно смотрит на меня, но затем разворачивается и широкими быстрыми шагами выходит из дома.
Я сползаю по стене на пол, закрываю лицо руками и уже не сдерживаю себя. Слезы вырываются наружу, градом текут по щекам. Что я наделала? Это же лучший друг моего сына.
3
Отвращение к себе раздирает меня. Я поддалась какому-то животному инстинкту. Это чувство внутри, оно, словно кислота, разъедает меня. Я давно отреклась от себя как от женщины, забыла, что на меня могу смотреть с желанием, но стоило какому-то малолетке дотронуться до меня, как я вся вспыхнула.
Обрывочные образы вспыхивают перед глазами, вызывая смешанные чувства. Мне противно от самой себя, но в то же время я наслаждаюсь ими. Кожа покрывается мурашками. Все тело содрогается. У меня уже не осталось слез, и я просто сижу и смотрю на осколки бокала.