Подходя к стулу, я аккуратно отодвинул его, помогая Кэти присесть, после чего сам уселся рядом, поглядывая на отца, который сидел справа от меня, пока напротив одаривала дружелюбной и искренней улыбкой приветливая Присцилла, на чьем белом пиджаке от кутюр виднелась внушительных размеров изысканная брошь с крупным драгоценным камнем в центре, который по моим подозрением смахивал на пропавший флорентийский алмаз весом больше ста карат. Пока я разглядывал дорогущее украшение, к нам стали подбегать официанты с подносами, раскалывая тарелки с едой.
- Кэти, нам очень хотелось бы поближе с тобой познакомиться, - дружелюбно обратилась к моей жене светловолосая женщина, окрашивая тишину своим поставленным голосом, на что птичка подняла на нее глаза, сдержанно кивая в знак согласия, - прошу прощение за мое любопытство, но мне было бы безумно интересно услышать вашу с Фабиано историю. Как вы с ним встретились? – услышав ее вопросы, я зло посмотрел на женщину, понимая, что она этого не со зла спрашивает, а действительно из женского интереса.
- Он похитили меня с бала в мэрии, - коротко но лаконично описала моя жена нашу с ней вторую встречу, услышав немногочисленные подробности которой Присцилла резко замолчала, переключая взгляд с меня на птичку, а затем на отца, который впервые за вечер рассмеялся.
- Это точно был мой сын, а не кто-то другой, потому что мне мало вериться, что такая сентиментальная личность, которая не смогла вшивую псину застрелить, способна похитить человека, - оголив свои белоснежные клыки, поинтересовался дон, с разочарованием и насмешкой погладывая на меня, пока во мне вскипало, подобно лаве новая волна ненависти и гнева к этому человеку.
Много лет назад
Молча следуя за одним из солдат моего отца, я послушно шел за ним по подземной сети туннелей под нашим домом, подходя к одной из многочисленных комнат тут, дверь которой мне приоткрылась. От яркого света, исходящего из того помещение я прищурил серые глаза, ощущая как меня насильно заталкивали внутри комнаты, однако я и не противился. Когда наконец глаза привыкли к яркому свету, я вдруг услышал, как дверь позади меня захлопнулась с оглушительным треском. По обе ее стороны встали два охранника, а тот который привел меня сюда, закрыл ее на ключ. Повернувшись лицом к центру комнаты, я вдруг увидел там своего пса, который пропал пару дней назад, привязанного к железной трубе. Увидев как питомец тоскливо глядел в пол, я решил подбежать к нему, но тут резко из неоткуда меня останавливает чья-то сильная рука, буквально пригвоздив к полу.
- Не спеши, Фабиано, - хитро ухмыльнулся отец, сурово поглядывая на меня с высоты своего внушительного роста, рукой приглашая одного из солдат подойти, на что тот быстро оказался около нас, послушно передавая дону пистолет, - урок на сегодня довольно простой, сын мой. Убей собаку, - серьёзом тоном приказал тот, передавая мне пистолет, который повис в моих трясущихся ладонях, как тяжелый груз.
- Папа, это же Ренард, - подняв напуганные детские глаза на отца, стал я взглядом его молить, не заставлять меня этого делать, чуть ли не заливаясь горькими слезами, пытаясь не показывать свою слабость.
- Фабиано, ты решил ослушаться прямого приказа своего дона? – яростно спросил отец, давя меня своим ярко ощутимым превосходством и неограниченной властью, которой я безоговорочно должен был подчиниться.
- Нет, - еле-еле выговорил я, смотря на бедного пса, который заскулил от громких криков, жалостливыми глазами поглядывая на меня, будто прося о том, чтобы я ему сохранил жизнь, чему и мне хотелось, ведь Ренард был часть семьи и я его слишком сильно любил.
- Убей его и докажи всем, что ты способен совладать своими эмоциями, потому что настоящий войн мафиозной семьи не может проявить жалость или сострадания, и уж тем более не должен помиловать своего врага, которым может стать даже самый близкий ему человек. Запомни, никогда, никого и ни при каких обстоятельствах нельзя щадить, поэтому покончи с этой чёртовой псиной, иначе мой следующий приказ будет жёстче, - яростно прокричал отец, направляя мой ствол на любимого питомца, - я приказал тебе выстрелить! – вновь повторил мужчина, но на этот раз требовательнее, после чего раздался оглушительный выстрел, а Ренард ненадолго громко заскулил от резкой и остро пронзившей боли.
На полу, в том месте, где лежало бездыханное тело измученного животного, быстро начала появляться темного цвета лужа крови. Подбегая к любимому псу, я встал перед ним на колени, трясущими руками прижимая отверстие в его боку, стараясь остановить хлыщущую во все стороны алую жидкость, проливая горькие слезы утраты.