Однако Фабиано, как проклятый вцепился в меня, прожигая наполненным противоречивыми чувствами взглядом, который после моих слов стал смягчатся, будто мне удалось достучаться до мужчины. Сделав шаг назад, брюнет выпустил мои руки из своей крепкой хватки, от которой те онемели, а затем развернулся ко мней спиной, поднимая голову наверх.
- Рафф отвезет тебя домой, - единственное что он вымолвил за эти несколько минут молчания, и большого количества пролитых мною слез, - иди! - не поворачиваясь ко мне лицом, грубо скомандовал мужчина, суровым тоном, услышав который вздрогнула от неожиданности, выбегая на обложенную камнем дорогу.
Молниеносно преодолевая приличное расстояние, я наконец оказалась у входа на кладбище, где на меня оценивающе глядел встречающий Рафф, который уперся локтями в капот своего BMW, копаясь в телефоне, однако, как только я попала в поле его зрения, мужчина сдвинулся с места подходя ко мне.
- Кэти, ты в порядке? - уложив свою крепкую ладонь на уровень локтевого сгиба, мужчина придержал мое ватное тельце, обеспокоенно поглядывая на меня.
- Отвези меня домой, - напугана, сквозь слезы, вымолвила я из последних сил, желая покинуть это место навсегда.
Услышав мою просьбу, мужчина помог мне добраться до машины, придерживая меня одной рукой за локоть, после чего открыв заднюю дверь автомобиля, усадил на заднее сидение. Обходя машину сзади, тот мигом уселся на водительское кресло, выезжая с территории кладбища на магистральную дорогу. Повернувшись к окну, я стала поглядывать в окно, пытаясь унять бурю эмоции и слез, беспощадно льющиеся на солоноватую, липкую кожу лица.
В голове ничего не было кроме страха и крутящихся на повторе картин с могилы Моники, которая по словам Фабиано умерла из-за неконтролируемых эмоции Джакоппо. Видимо у них это в крови, ведь Фабиано хоть и внешне выглядит непроницаемым, внутри вскипает от бури эмоции и чувств, пропитанной тьмой, скрывающих его демонов. Я не хочу повторять чужую судьбу.
Спустя долгих раздумий, мучительных мыслей, я наконец увидела в окне остановившееся машины, родительский дом, от чего сильно обрадовалась и одновременно огорчилась, громко выдыхая. Слезы вроде уже перестали литься, и глаза не такие красные, а вот страх внутри все может испортить, дать слезам новое начало, что безоговорочно заставить домашних задать кучу вопросов. Поэтому посидев еще пару минут в машине, я долго глядела в окно на дом, пытаясь собраться с мыслями, ощущая на себе непрямой взгляд Раффа, который обеспокоенно поглядывал на меня через зеркало заднего вида.
- Спасибо, - схватившись за ручку двери, поблагодарила я солдата, желая выйти.
- Вместе с Моникой умерла и душа Фабиано, поэтому ему сложно себя сдерживать, когда речь идет о ней и, - уверенно проговорил парень, делая небольшую паузу, после чего добавил, - и Джакоппо. Ты не думаю, что раз уж они сын с отцом и еще так похоже внешне, мыслят и поступают одинокого. Внутреннее они два разных человека, - торопливо проговорил парень, пытаясь меня успокоить, однако вместо этого добавил еще парочку загадок для размышления.
Ничего не говоря, я вышла из автомобиля, захлопнув за собой дверь, неуверенно вступая ногой на брусчатку во дворе, ведущая к дому, дверь которого мне одновременно хочется открыть и не хочется. Больше всего на свете я желаю уехать с семьей куда-нибудь далеко, где не будет Фабиано и других проблем, связанных с ним.
Схватившись за дверную ручку, я тихонько приоткрыла ее, заходя внутрь, где во всем доме стояла гробовая тишина. Оглядевшись по сторонам, я пулей поднялась наверх, приоткрывая дверь своей комнаты, где увидела лежащую на кровати Джемму, копающаяся в своей телефоне. Услышав звуки открывающие двери, девушка убрала в сторону гаджет, поднимая на меня свои пронзительные голубы глаза, которые встретившиеся с моими заплаканными карими, прищурились.
- Кит, - встав с кровати, подруга пошла мне на встречу, приоткрывая свои теплые объятия, куда я нырнула, давая волю эмоциям, - что он с тобой сделал? - гневно поинтересовалась Джемма, прижимая меня ближе к своей груди, заботливо поглаживая по голове мое трясущиеся от рыданий тело.
- Я не хочу повторять ее судьбу, - прерывисто, захлёбываясь собственными слезами, напугано выдала я правду, заставившую подругу замереть на месте от недопонимания.