Затем мой взгляд метнулся левее, на еще один освященный участок этой темной комнаты, где привязанный ногами кверху свисал головой вниз мой брат, чей рот был приклеен скотчем, а руки связанны веревками, сильно впивающиеся в его кожу. Его дрожащее от страха и слез тело было подвощено к какому-то механизму на цепях, который удерживал того над глубоким двухметровым чаном с водой. Увидев напуганные глаза брата, смотрящие на меня с мольбой о помощи, я охотнее стал вырываться из крепких оковах этих солдат, желая спасти напуганного брата, но мужчины были значительно сильнее меня.
- Что такое, Фабиано? Без посторонней помощи не так просто достичь желаемого? - из-за кромешной темноты перед глазами послышался приближающиеся разъяренный голос моего отца, который быстро заставил меня усмириться, с замершим сердцем дожидаясь появления этого коварного монстра, который сверкнул своими зловеще белоснежными зубами, хищно приближаясь ко мне уверенными тяжелыми шагами, - знаешь, я прихожу к выводу, что Том внешне похож на вашу мать, а ты характером. Такой же строптивый, неугомонный и упрямый, - походя ближе, отец влепил мне сильную пощечину своей тяжелой рукой, яростно поглядывая сверху вниз на мою болтающуюся из стороны в сторону голову от силы его удара, - где вы были? – неспеша поинтересовался тот, закатывая рукава своей черной рубашки.
Он был в том же черном, как и его беспощадная душа, костюме тройке, в котором вчера стоял на похоронах, лишь пиджака не хватало. Странно, что за всю ночь тот не переоделся. Хотя, судя по сильному запаху спиртного можно было догадаться, чем он занимался.
- Где вы были? – по слогам разделив слова, тот вновь яростно задал интересующий вопрос, оставив на другой щеке еще один отпечаток своей тяжёлой руки, - сынок, тебе лучше ответить сейчас, иначе мое терпение вскоре закончится, а это значит, что я перейду к нему, - отходя в сторону, отец указал рукой на болтающегося на веревках брата, умоляющими, полными слез глазами напугано поглядывая на меня и Отелло, который одаривал нас обеспокоенными взглядами, полными сожаление, - тик-так, - указал мужчина пальцем на свои часы на запястье.
- На кладбище, - несмело выдал я, опуская стыдливо голову вниз, ощущая, как только что предал своего лучшего друга – Отелло, который тайно отвез к маме, чтобы у нас была возможность с ней попрощаться.
- Верно, сынок, - приподняв двумя пальцами мой подбородок наверх, самодовольно ухмыльнулся отец, пронзая суровым взглядом, - отпустить его, - быстро отдал тот проказ, на что его послушные куклы выпустили меня из своих рук, делая шаг назад, приставляя ко мне пушки, - видишь ли, наверное, ты хочешь узнать, почему Отелло и Том сейчас тут и, что вообще происходит? Так вот, опережая твои вопросы, я позволю себе ответить, - в темных глазах сверкнуло что-то коварное и злое, что заставило меня сильнее напрячься, - утром я дал вам приказ не подходить к могиле матери без моего разрешения, а ты решил не слушаться, так еще ввязал в это брата и моего верного солдата. Ты пошел против моего слово! – гневно крикнул мужчина, заставляя меня вздрогнуть от страха и неожиданности.
- Мы также как и все имеем право, даже в большей степени попрощаться с мамой, - подняв глаза наверх, попытался я ему противостоять, желая высказаться, за что неожиданно в наказание за дерзость получил сильный удар стопой по задней поверхности правой голени под коленном, от чего та согнулась, а я потерял равновесие, приземляясь обеими руками на холодный, грязный пол у ног отца, выдвигая вперед, согнутую в девяносто градусов левую опорную ногу.
- А теперь слушай меня внимательно, сынок, - усевшись на корточки передо мной, отец крепко схватил меня за волос, приподнимая опущенную голову, - я здесь капо! Я дон вашей семьи и других семей, включая тех территорий, на которые вы все живете. Непослушание и неповиновение моей воли карается смертью, но так, как ты мой сын, за что мне стыдно и еще ребенок, я решил тебе преподать простой урок. Может после ее смерти мне удастся сделать из вас нормальных людей, - усмехнулся дон, поглядывая на солдат позади меня, а затем на одиночку, который нависал над Отелло, - урок выбора. Кто же дороже для тебя, Фабиано? Кого ты спасешь от смерти? Родного брата или лучшего друга? – встав на ноги, мужчина вытащил из кармана брюк пульт, нажимая на комбинацию из кнопок, одновременно с этим кивнув головой, солдату, который надевал на Отелло герметичный пакет, обматывая его шею цепами.