- Я, Фабиано Калабрезе, стоя сейчас перед Богом и его посланниками, испытывая переполняющее мою душу чувство гордости, беру тебя, Кэти Бреннан, в жены и торжественно клянусь, - сделав небольшую паузу, дьявол перенос мою руку, который ране тот сжимал в своей ладони, на мускулистую грудь, в проекцией сильно боящегося сердце, от чего я удивленно приподняла глаза на него, - клянусь быть верным, любящим мужем, хорошим, уважающим тебя другом и смелым товарищем. Разделять с тобой каждую мысль и мнение, пусть они отличны от твоих, считаться с твоим мнениям и рассуждениями. Я обещаю делиться внутренними переживаниями и тревогами, и также буду всегда готов послушать о твоих. Обещаю всюду заботиться, беречь, восхищаться каждой твоей лучезарной улыбкой подаренную с поводом или без, восхищаться тобой, твоими блестящими успехами, поддерживать в новых начинаниях, поощрять твои желания, обеспечивать комфорт и надежность в отношениях и быту, забавлять в тяжелые моменты, наслаждаться каждой ценной минутой проведенной с тобой, храбра защищать от всех невзгод и благодарить, за твое существование в моей мрачной жизни, которая обрела смысл с твоим появлением. Я клянусь своей жизнью, быть рядом с тобой в болезни и здравии, в горе и радости, в богатстве и бедности. Клянусь каждое мгновение нашей совместной жизни разделить с тобой и быть образцовым, достойным тебя мужем пока смерть не разлучит нас, - его серые глаза горели, пока внутри, меня все больше накрывала волна опустошения и слез, - Я всегда буду для тебя опорой, даже в самые тяжелые времена, - сделав небольшую паузу, наклонившись ко мне, будто рассказывая тайну, тихо шепнул дьявол, завершил свою клятву запретной фразой, услышав которую я невольно перенеслась на тот маленький диванчик в гостиной.
Эта фраза окончательно нарушила мою эмоциональную стабильность, заставляя негромко всхлипнуть, вспоминая тот переломный момент, когда я проливая горькие слезы боролась за его жизнь. Когда наши чувства казались были взаимны, а мое сердце билось в унисон с его. В тот вечер я взяла с него обещание всегда быть рядом со мной. На что Фабиано поклялся поддерживать даже в самые трудные минуты, но тогда я не знала, что обстоятельства так повернуться, что самые тяжелые жизненные моменты я проживу в одиночестве.
Увидев мою реакцию, мой мучитель сильнее прижал мою руку к своей груди, в которой сердце бешено колотилось, ударяясь в мускулистую грудную клетку, после чего взяв обручальное кольцо - символ бесконечности- беспрепятственно надел мне его на палец.
- Это кольцо закрепит мою клятву навечно, - его слова больше напоминали мне угрозу, потому что от них по коже прошелся легкий холодок и вслед за ним волна мурашек, заставивший меня вздрогнуть.
При виде этого проклятого кольца на пальце я сильнее запаниковала. Однако тихий шёпот священника вывел меня из транса. Взяв трясущиеся рукой обручальное кольцо, которое было в разы крупнее моего, я увидела, как рука Фабиано придвинулась ближе, помогая мне тем самым не уронить украшение. Однако и это мне сильно не помогло. Тряска в руках была неуправляема, поэтому с надеванием кольца возникли некие проблемы, но в конечном итоге я сумела завершить начатое.
- Я объявляю вас мужем и женой. Жених, можете поцеловать невесту, - после этих слов все люди, сидящие в зале, начали бурно аплодировать, а Фабиано медленно потянулся к моему лицу, убирая с него фату, которая всю церемонию сильно выручила меня, ограждая от него.
Теперь перед нами не было никакой преграды, от чего внутри все сжалось от страха. Жена? Какая жена? Не так я себе представляла свой брак и не с этим человеком.
- Какая ты красивая, - уложив свои руки на мое лицо, восторженно ахнул Фабиано, становясь очень близко к моему лицу, пронзая серыми глазами насквозь, - теперь ты моя! - с наслаждением проговорил тот, придвинувшись ближе, желая меня поцеловать, от чего я сильно зажмурилась, ожидая касания его губ на моих губах, однако дьявол оставил нежный поцелую на моем лбу, от чего я спокойно выдохнула.
- Un bacio! - восторженно начала кричать толпа, на что я нахмурила брови, не понимая, что от нас требуют.
- Гости хотят видеть настоящий поцелуй, - приподняв бровь, восторженно проговорил Фабиано, в то время, как за моей спиной послышался недовольный шепот Джеммы, не разделяющая его мнение, как и я, - давай же, женушка, не разочаровывай гостей и мужа в первые минуты в новом статусе, - поддавшись вперед, мужчина впился в мою плоть, интенсивно целуя мои губы, в то время, как я стояла неподвижна, подобна статуй, слыша восторженные крики толпы.
Последующий час мы будто замертво приклеились к полу на том же месте, выслушивая какие-то добрые пожелание со стороны гостей и фотографируясь со всеми. Да кому нужны эти снимки? Что мне с ними делать? Камин разжигать, в случай, если дрова закончатся? Продолжая улыбаться гостям, я вдруг услышала недалеко от нас странный диалог Джеммы и Тома: