Кроме подозрительно расширенных зрачков, мутной белочной оболочки, выступающих капель пота над верхней губой, у нее были яркие признаки плохо контролируемого психоза. Она была неуравновешена, не в себе и скорее всего под легкими наркотиками, от чего ее тело странно вздрагивало и порой покачивалось из стороны в сторону, поэтому лучше ее не злить и унести ноги прочь отсюда.
- Можешь забрать его, - сухо высказала я свою точку зрения, желая уйти прочь, но девушка крепко схватила меня за плечо, впиваясь длинными ногтями в плоть, от чего я скорчила болезненную гримасу, замерев на месте.
- Какая ты самоуверенная, - громко рассмеялась та, пребывая в полном бреду, - мне даже жалко тебя. Ведь женился он на тебе лишь из желания трахнуть это тело. И все. А нас с ним связывают несколько лет пылкой любви. Он меня любит! – будто убеждая себя в правоте собственных слов, продолжила свой рассказ Тати, - Он мой, а я принадлежу только ему! – проговорив эту фразу, вдалеке послышался звон мужского смеха, услышав который девушка опустила на пару минут глаза на свою руку, лежащую на моем плече, после чего обеспокоенно, будто ее преследуют, метнулась напуганными голубыми глазами, большая часть ириса которых занимал зрачок, в ту сторону, будто опасаясь появление кого-то.
- Отпусти меня и можешь забирать любовь всей своей жизни. Дарю тебе его на свадьбу, - решила я поставить последнюю точку в этом бессмысленном разговоре, однако Тати так не считала.
- Он сам придет ко мне, как это делал раньше. Даже, когда ты находилась в его доме, он все равно звал меня. Он нуждался во мне, потому что ты не можешь дать Фабиано того, что он действительно хочет. Ты жалкая замена мне! – Тати балансировала на тонкой грани от любвеобильного самообожания к своей больной, брошенной, эгоцентричной натуре до обезумевшего, гневного маньяка, готовый распотрошить меня здесь.
- Я не твоя замена, и никогда ею не буду. Мне глубоко наплевать на тебя, на Фабиано, на вас двоих. Вы стоите друг друга, - сделав шаг назад, процедила я сквозь поджатые пухлые губы, ощущая, как злость смешивается с болью, заставляя терять контроль над эмоциями.
- Хочешь я тебе помогу сбежать? – неожиданно настроение девушки переменилась и теперь она предлагала мне свою помощь, - на этот раз Фабиано тебя не найдет, а мы с ним продолжим жить, как раньше. Без тебя и постоянных упоминаний твоего проклятого имени! – ее спокойный тон резко сорвался, когда та вновь упомянула обо мне, что заставило меня обеспокоится, - Ты станешь свободной от него, а он от тебя.
- Я сама решу, что мне делать, - вырвав руку из ее хватки, я ощутила, как острые ногти, прошлись по тонкой коже, оставляя глубокие раны.
- Неблагодарная тварь! – Тати в поры гнева замахнулась, на что я сделала в страхе пару шагов назад, зацепившись шпильками за клочок газона, упала на землю, прикрываясь рукой, однако удар не последовал.
- Что ты здесь забыла? – открыв глаза, я увидела ставящего рядом с девушкой, разгневанного Фабиано, который крепко вцепился в запястье, удерживая ее, - Зачем ты сюда пришла?! – продолжил тот яростно кричать на Тати, которая моментально расплакалась, прильнув к груди моего мучителя.
- Фабиано, ты ведь не любишь ее. Ты меня любишь. Не обманывай никого из нас, - задыхаясь от слез, стала бормотать девушка, прижимаясь телом к окаменевшему Фабиано, который все это время встревоженно поглядывал на меня.
Не желая быть свидетелем их воссоединения и последующих любовных сцен, я быстро привстала с земли, встряхнув платье, молниеносно убегая прочь, оставляя этих двоих наедине. Я не знала, куда мне идти, потому что на данный момент возникло ярое желание спрятаться от чужих глаз в укромном местечке, подальше от шумной толпы. Поэтому пробегая мимо крайних столов, вдалеке которых увидела проносящуюся мимо Джемму и бегающего за ней Том, я продолжила уверенно быстро следовать к особняку, а затем быстро свернула правее, когда разглядела в тени стеклянное строение, стоящее отдельно от громоздкого здания.
Забегая внутрь, я увидела заброшенное помещение с вмонтированной системой полива на потолке, и разделенными зонами под клумбы для растении. В левом углу стояли стопки горшков, а рядом и другие принадлежности для садоводства. Поперек запыленного помещение располагалась набольшая лавочка, на которую я плюхнулась, уперевшись руками в колени, прикрывая ладонями уставшее лицо.
Я будто медленно, но, верно, сходила с ума. Выпрямившись, я стала разглядывать последние лучики солнца, плохо разглядывающийся своими яркими красками среди загрязненных окон этой заброшенной оранжерее. Облокотившись спиной на лавочку, я громки вскрикнула, когда деталь от нее с грохотом приземлилась на пыльный пол.