- Виктор, - отдаляясь от меня, птичка вдруг замерла на месте, услышав его имя, - ты винишь себя в его смерти? - задав следующий вопрос, я увидел как тонкие плечи стали вздрагивать от вырывающихся наружу слез, однако жена не позволила им вызволяться, начиная яростно крушить оставшуюся мебели и детали интерьера.
Я не знаю сколько времени именно прошло, но могу сказать, что я успел задать много вопросов, но при этом не получил ни одного ответа или слезинки, однако я не терял надежды, ведь мне оставался еще один вопрос.
- Что ты ко мне сейчас чувствуешь? Ты мне ненавидишь, Кэти? - услышав вопрос, жена замерла с поднятой битой над головой, после чего повернулась ко мне лицом, уверенно шагая в мою сторону.
Я был готов к сильному удару куском крепкого дерева по голове. Да в любой части тела, ведь я видел полыхающий огонь в ее глазах и навернувшиеся кристально-чистые слезы. Я был готов принять заслуженный удар на себя, лишь бы она расплакалась и обо всем мне рассказал, но Кэти спрятала глубоко в себе эмоции, так глубоко, что ей было трудно их выразить. Проходя мимо, девушка злобно вручила мне биту, после чего вышла из комнаты, выхватив взамен бутылку.
Проследовав за ней, я молча шел, как тень, преследую птичку. Молча. Без лишних вопросов. Доходя до того коридорчика, ведущий к выходу на улицу, я увидел в двери напротив небольшой тату-салон, и в моем сердце загорелось ярое желание сделать это.
- Сначала сюда, - схватив жену за плечо, я приоткрыл дверь напротив, заводя ее в небольшой салон, где нас встретил мастер.
- Я не буду себе тату набивать, - стала брыкаться птичка, желая выйти, но я пригородил своим телом дверь, поэтому та грозно на меня посмотрела, сложив руки на груди.
- Будешь меня за руку держать, - оповестил я, заинтересованно разглядывая эскизы тату на стенах.
- Здравствуйте. Определились, что набивать будем? Парное тату? - любезно поинтересовался мужчина за стойкой.
- Да, - вдумчиво проговорил я, неотрывно поглядывая на свою птичку, - миниатюрную птицу в полете над большим пальцем, - услышав мой ответ, жена нахмурила брови, но не стала одаривать меня сердитым взглядом.
- У вас штопор есть? - любезно поинтересовалась Кэти, на что мужчина за стойкой усмехнувшись, помог открыть бутылку, пока я уселся в кожаное кресло, дожидаясь начала процедуры.
Почему тату? Почему именно сейчас? Думаю, я сам не до конца понимаю. Или понимаю?
Мне захотелось увековечить ее не только в своем сердце и памяти, но и на своем теле. Маленькая частичка моей храброй птички на моей руке, которая всегда будет рядом со мной, когда настоящая Кэти решит уйти от меня. Если ей это действительно захочется, она это сделает, и даже я не буду в силах ее остановить.
Положив левую руку, на которой красовалось обручальное кольцо на кушетку мастера, я другой дотянулся до руки моей птички, сложенную в карман кардигана, накрыв ее своей крупной ладонью, пока та мелкими глотками пила вино.
- Это обязательно? - неодобрительно поглядев на наши сцепленные в кармане руки, поинтересовалась жена.
- Думаю, что, когда тебе прокалывают столько тысяч раз кожу за пару минут, это обязательный акт поддержки, - подняв обеспокоенный взгляд на девушку, я слегка покривился, ощутив знакомые покалывания.
- Тогда, почему решился на это раз уж знал, что процедура болезненная?
- Ты от всего отказываешься в жизни, что приносит тебе боль? - задал я встречный вопрос, не сводя глаз с птички, которая увлеченно поглядывала на процесс введение чернил под кожу, попивая вино прямо из горлышка бутылки.
- Пытаюсь, - сухо ответила та, - жизнь у нас одна, и зачем тратить ее на залечивания ран?
- Но ведь эти раны могут стать чем-то красивым, например, прекрасным рисунком на руке, - кивнул я головой в сторону разрисованного на половине эскиза на тыльной поверхности ладони.
- Ничего красивого в ранах нет. Лишь одни долго заживающие шрамы, - оспорила птичка мой ране высказанный аргумент.
- Принимайте работу, - встряв в наш разговор, набирающий обороты, проговорил мастер, отвлекая меня от рассмотрения лица своей жены, которая сразу отдернула руку.
Над большим пальцем левой руки теперь красовалось маленькое, но очень символичное для меня тату. Изящная птичка в свободном полете с широко распахнутыми красивыми крыльями. Именно такой я впервые ее увидел в том баре.
Расплатившись, мы вышли из салона, молча направляясь к машине, как вдруг жена, приоткрыв дверь автомобиля, застыла на месте, разглядывая морское побережье, на котором сильные волны смывали крупный песок. Захлопнув дверь машины, птичка безмолвно, будто приворожённая направилась к берегу. Черт! Только не берег. Только не туда!