Не оборачиваясь, я молниеносно покинул здание ресторана, понимая, что вся эта встреча, была лишь ловушкой, приманкой, пока дома разворачивались главные события. Сев в свои автомобиль, я с большой скоростью промчался домой, надеясь успеть спасти свою птичку.
Настоящее время
- Он знает о Викторе? - неуверенный голос моей жены, быстро вывел меня из раздумий, заставляя взглянуть на ее растерянное, омрачённое лицо.
- Глаз дракона? - уточнил я, ощущая, как сердце быстрее бьется в груди от ненависти к самому себе, на что птичка лишь легко кивнула в знак согласия, - Риото и Виктор были партнерами. Конечно, они знакомы, - проговорил я, замечая, как ее тонкие дрожащие от паники пальцы сильнее вцепились в воздушную ткань платья, пока крупные глаза с мольбой поглядывали на меня.
- Не придуривайся! Ты ведь знаешь, о чем я говорю! - резко отрезала жена, накрыв руками разочарованное личико, на котором за последнюю неделю ни разу не виднелась заразительная улыбка, - Риото знает, что я его убила? - спросила девушка после нескольких минут молчания и глубоких раздумий, будто та подбирала слова, чтобы задать столь легкий вопрос.
- Да, знает, - ответил я честно под натиском ее отчаянно требующих правды каре-зеленых глаз, глядя в которые мне хотелось разрушить весь мир и каждого, кто делает ее несчастной, лишь бы увидеть вновь на ее лице беззаботную улыбку, - но пока не может доказать, что это Виктор, - добавил я, после того, как жена тяжело выдохнула, обреченно поглядывая в иллюминатор самолета.
- В смысле не может доказать? - резко обернувшись ко мне, недоумевающее спросила птичка.
- Твой муж заранее позаботился обо всем, - наклонившись, самодовольно проговорил я, собственнически укладывая свои крупные ладони на тонкие голени своей птички, неспеша поднимаясь вверх по гладкой коже, пристально поглядывая в ее глаза, - поэтому можешь не переживать за Виктора и Риота. Лучше продолжи превращать мою жизнь в ад. Или вы уже забыла о своем обещание, миссис Калабрезе? - хитро ухмыльнулся я, замечая, как в глазах жены пробуждается та самая знакомая искорка.
- Я взяла небольшую паузу, - резко ответила птичка, вытянув стройную ножку вперед, упираясь ее в мою грудную клетку, - чтобы вы не сошли с ума, мистер Калабрезе, - неспеша стала меня отталкивать Кэти ногой, пока я не провалился в свое кресло, после чего я быстро схватил ее за лодыжку, оставив единичный страстный поцелую на ее загорелой коже, пахнущая горьким шоколадом и бодрящими цитрусами, - держи дистанцию, - резко выдала моя птичка, высвободив свою стройную ножку из моей цепкой хватки.
- Тех несколько месяцев, в течение которых мы были с тобой за сотни километров друг от друга, мне вполне хватило, - неожиданно выдал я, заставляя девушку напрячься, - теперь вы от меня не отвяжетесь, миссис Калабрезе, - расслабившись в своем кожаном кресле, подчеркнул я ее статус, наблюдая за тем, как закатываются ее глаза от недовольства, а пухлые губы поджимаются от желания высказаться.
Вот, что было для меня настоящим адом - находится вдали от своей птичке. Иметь возможность поехать вслед за ней в любую точку мира, но в то же время держаться подальше из-за надобности завершить срочные дела, которые позволили нам вновь воссоединиться. Адская петля - это быть рядом с ней и видеть ее безразличие, ощущать исходящий от некогда любящего тебя человека пробирающий каждую клеточку крепчающий холод, слышать вместо заразительного, беззаботного, звонкого смеха, тонкого голоска лишь многословное, тяжелое молчание. Не ощущать прежних бережных, заботливых и нежных касаний и в свою очередь не иметь возможность докоснуться до нее, как это было раньше.
Сейчас глядя на свою жену, чье тело немного расслабилось, я осознал, что прошел уже половину пути той адской петли, которой сам себя подверг, не без чужой помощи. И вот находясь совсем близко к финишной прямой, которая двоится сейчас, я должен принять верное решение, чтобы вновь не вернуться к старту, к которому кто-то стремительно пытается отослать.
Кто же отправил глазу дракона те фотографии? Кто из моего окружения решил предать меня? Родной отец хочет проучить своего сына за плохое поведение и растрепанные нервишки? Слишком безрассудно и не логично для Джакоппо, хоть я действительно жестоко поступил с отцом пару месяцев назад. О своем брате даже думать не буду, ведь Том самый честный человек в мое кругу. Они никогда бы не предал меня. Остается Рафф и Валерио. И опять тупик. Эти двоя являлись самыми верными солдатами. Тогда кто, мать вашу, ставит мне палки в колеса? Кто играет на два фронта?