- Фабиано, да! - крикнула я ощущая, что нахожусь на грани пропасти, - еще-еще, Фабиано, - нервно дыша, молила я его, накрывая своей рукой его, заставляя продолжать двигаться в том же темпе, ощущая, что до финала оставалось лишь несколько толчков, как вдруг мой мучитель резко вышел из меня, опуская ногу на пол.
- Не смотри на меня так, женушка, - усмехнулся мужчина, поправляя бугор в штанах, пока я его испепеляла непонимающим и одновременно недовольным взглядом через зеркало, - теперь ты понимаешь, что чувствую я, - приподняв одну изогнутую бровь, предупредил меня дьявол.
- Неудовлетворение, - гневно фыркнула я, озвучивая свои чувства.
- Именно, птичка, - наклонившись, согласился дьявол, оставляя дыру из поцелуев на моем оголенном плече, - жуткий голод, который может унять лишь один человек, - опустил мужчина свою крепкую руку высоко на мое бедро, поднимаясь еще выше, дразня, - запомни: я единственный человек, который сможет тебя довести до оргазма, - уложив свою руку поверх моих намокших трусиков соблазнительно низким голос протянул дьявол, массируя эрогенную зону, от чего я вновь откинулась на его плечо, наслаждаясь заполняющими ощущениями блаженство низ живота, - и если ты его хочешь достичь прямо сейчас, то лишь попроси об этом. Скажи пожалуйста и получи желаемое.
- Пожалуйста, - простонала я, - оттрахай себя в задницу, - резко отодвинувшись от него из последних сил, возразила я, замечая, как Фабиано расплывается в самодовольной улыбке, отшагивая назад.
- Через два дня возвращаемся домой, - как ни в чем не бывало, объявил тот, неспеша снимая с себя одежду.
- В Италию? - вдогонку поинтересовалась я.
- Нет, в тот дом, где мы раньше с тобой жили в Теллерайде.
- Что? - переспросила я, желая, чтобы это не оказалось правдой, но мужчина лишь одобрительно кивнул, - Нет, мы не можем туда вернуться.
-Еще как можем, птичка, - задорно подмигнул мне Фабиано, выходя из гардеробной, будто бросая вызов, который я уверенно приняла.
Глава 35. Осколок правды
Каждый из нас - загадка, клубок противоположных страстей, желаний и склонностей.
Мы делаем свои маленькие выводы и в девяти случаях из десяти оказываемся не правы.
Агата Кристи
От его лица
Спустя месяц после бала
Ощущали ли вы когда-нибудь горький вкус проигрыша? Я вот не очень часто, ведь с самого детства отец вбивал нам с братом в головы одну достойную истину, которой я пользовался на протяжении всей жизни. Но вот сейчас, сидя в припаркованной на подземном паркинге своего клуба машине, я как неспособный ни на что идиот, вдумчиво пялился в серого цвета столб, освещенный фарами моей теслы.
Я уже долгие несколько месяцев понятие не имел, кто мне жизнь отравляет, с кем имею дело и за что борюсь: за свою жену или за ндрангету? Потому что я терпел поражение по двум фронтам.
Воспоминания из детства
- Твои ход, - сухо бросил отец, укоризненно поглядывая на мою застывшую в воздухе неуверенную в своих действиях руку, пока глаза бегло разглядывали шахматную доску.
Я уже вот десять минут не мог решиться, какую белую фигурку, куда переместить, чтобы достичь неминуемой победы, ведь сколько мы с отцом раз не играли в эту классическую настольную игру, я всегда умудрялся проигрывать ему. Мне было далеко до его гениальности и продуманности, чему безумно сильно завидовал и одновременно восхищался.
- Фабиано, вся наша жизнь подобна шахматной доске, а фигурки на ней - это люди, в том числе солдаты. Так распорядись быстрее этими пешками в свою пользу, пока время не истекло, ведь твои враг никогда не будет ждать, пока ты обдумаешь все свои ходя и выберешь наименее безопасны и верный, а просто уничтожит тебя, когда подвернется удобный случай, - неспеша, стал мужчина философствовать, от чего я мгновенно отвлекся от пешек, разглядывая теперь его каменное выражение лица, на котором ни одна эмоция не отражалась, лишь потемневшие от превосходства и коварства карие глаза, сверкали от предвкушения, - Ндрангета не потерпит проигравших. И ты это должен для себя запомнить, иначе будешь жесточайше свергнут. Поэтому сосредоточься и сделай верный ход, иначе сейчас будешь наказан за каждую проигранную мне партию, - слегка поддавшись вперед, пригрозил отец, поджимая свои тонкие губы, от чего на лице стали проглядываться четкие очертания напряженных мускулов, делая его суровый, мрачный вид более устрашающим и грозным.