Я осталась стоять одна с букетом в руках напротив приоткрытой входной двери в фае дома, откуда с улицы холодными дуновениями ветра внутрь проникали хлопья белоснежного снега, падающие к моим ногам. Пушистые снежинки мгновенно таили, соприкасаясь с теплым полом, оставляя после себя капельки воды.
- Не делай этого, Кэти, - вдруг из-за спины раздался спокойны, уверенный голос Раффа, который заставил меня повернуться к стоящему со сложенными за спиной руками источнику звука.
- Что? – растеряно переспросила я солдата.
- Будь Фабиано жив, он не хотел, чтобы ты уехала из Теллерайда или оставила Тома одного в такой сложный для него период жизни, - неожиданно заявил молчаливый солдат, замечая мою вину в опущенных глазах.
- Рафф, я не эгоистка, - расстроено выдала я, вдумчиво поглядывая на букет в руках.
- Кэти, поверь, у меня было достаточно времени, чтобы изучить твою личность и понять, что тебе далеко не наплевать на Тома и Фабиано. С твоим появлением эти двое сильно изменились. В лучшую сторону. Они вспомнили, как заботиться и о других людях, увидели эту жизнь глазами обычного человека, ощутили, что такое семейные радости, праздник и подарки, а самое главное – обрели семью, поэтому не бросай их сейчас. Не оставляй Тома, потому что не будь тебя рядом с ним все эти дни, он бы спился - сдержанно попросила меня мужчина с короткой стрижкой и пронзительными темными глазами, цвета черного кофе, заботливо помогая мне надеть пальто.
- А как же он? – взявшись за металлическую ручку входной двери, я замирала на мгновение, поглядывая через плечо назад, ощутив острый приступ паники, будто меня кто-то преследовал.
- Теперь он – моя забота, - заверил меня мужчина, открывая черный зонт, неспеша провожая к припаркованной напротив дома машины, за рулем которой сидел напряженный Том.
Молча скользнув на переднее сидение, я выхватила с коленок советника букет эдельвейсов сочетающиеся с белыми лилиями, виновато поглядывая на мужчину, который быстро выехала из-за двора дома.
- Том, я обещала, что не брошу тебя, поэтому, когда говорила, что хочу уехать, я имела виду, что мы должны вместе это сделать, - виновато протянула я, любуясь белоснежными лилиями.
- Я знаю, Кэти, и даже понимаю причину, по которой ты хочешь уехать, но после смерти Фабиано многое изменилось. И эти изменения коснулись не только меня, но и тебя. В большей степени тебя, - встревоженно заявил мужчина.
- Ты о чем? – непонимающе спросила я.
- Завтра все расскажу, а сегодня просто позволь нам побыть горюющими братом и женой, которые хотят достойна попрощаться с любимым братом и мужем, - просканировав мое напряженное лицо, оповестил советник.
Чуть меньше недели назад
День опознания
Неуверенно перешагнув через порог патолоанатомического крыла больницы в сопровождение вдумчивого Тома, с которым наши руки были крепко сцеплены в знак поддержки, и молчаливого, вдумчивого Раффа, мы направились к лифту, пробираясь через толпу плачущих, истирающих посетителей, при виде которых я ощутила себя загнанной в угол паникой. Ведь через несколько минут я стану частью этой горюющей толпы, тоскующая по умершим родным.
Заходя в лифт, мы спустились на минус первый этаж, где в просторном белом холле нас встретил помощник судмедэксперта, проводивший до нужной комнаты, напротив двери которой я замерла, напугано оглядываясь по сторонам. Я всеми силами пыталась совладать с паникой внутри, стойким ощущением пустоты и одиночества, заставить свое тело сдвинуться с мёртвой точки, но страх узнать правду был сильнее разума и собственных желании.
- Все в порядке, Кэти, ты можешь подождать здесь, - высвобождаясь из цепкой хватки моих дрожащих пальцев, встревоженно оповестил меня Тома, одаривая напуганным, расстроенным взглядом померкших карих глаз.
- Я тебя не брошу, - сглатывая застрявший в горле комок эмоции, я схватила мужчину за плечо, приостанавливая, - простой дай мне пару секунд, чтобы настроиться, - встретившись взглядом с его понимающими глазами, оповестила я советника, ощущая, как грудная клетка безжалостно сжимается от неконтролируемой боли утраты, и осознания, что вскоре мне подтвердят эту догадку.
Прикрыв глаза холодной ладонью, я сделала глубокий прерывистый вдох, после чего посмотрев на спокойного, как удава, Раффа, излучающий уверенность, а затем на разочарованного Тома, утомленный ожиданием, я кивнула мужчинам. Солдат галантно приоткрыл нам дверь комнаты, куда мы с Томом вместе зашли, крепко держась за руки, а следом за нами и Рафф. В небольшой комнатенке с единственным окном у дальней стены, по середине стоял металлический столом, на котором лежало тело, накрытое белой тканью, а справа столики с запакованными инструментами для вскрытия. Стены были белого цвета, как и потолок с бактерицидными лампами, лишь дверцы массивных холодильников разбавляли психоделический антураж серым цветом. Над столом с телом свисала огромная лампа, наподобие хирургической с разными режимами, а в комнате стоял насыщенной запах гари и лекарственных средств. Формалин с первых же секунд въелся мне в легкие, заставляя кашлять.