Скинув с себя тяжелое шерстяное одеяло, я устало встала с кровати, пошатываясь от ощущения бессилия, страха, одиночества, смятения и обрушившегося шквала разочарования, решительно направляясь к двери комнаты, открыв которую застыла в дверном проеме, прислушиваясь. Во всей квартире стояла идеальная, пугающая тишина, заставившая меня на мгновение запаниковать. Выходя в просторный, темный коридор, пропахший сладковатым ароматом ванили, я стала напугано оглядываться по сторонам, тяжело дыша. Четкая картинка начала расплываться от ощущения подступающей паники и нарастающего напряжения в ослабленном теле, заставляющая грудную клетку замереть от страха, испарившееся, как только краем глаза заметила робко сидящего ко мне спиной за столом Тома в полном одиночестве.
С облегчением выдохнув накопившееся воздух в легкие, я убрала навернувшиеся на глазах слезы и их следы с побледневшего от испуга лица, направляясь в сторону мужчины, который неспеша подтягивал напиток из кружки в руках, а, оказавшись в дверном проеме, из-за его широкой спины на столе стала проглядываться гора мафинов. Вот откуда на весь дом доносился непривычный сладковатый аромат ванили и свежей выпечки.
- Ник? – обойдя Тома со спины, взволнованно поинтересовалась я, не сводя встревоженного взгляда с выпечки на столе, тая маленькую надежду услышать желанный ответ.
- Джемма, - покачав головой, коротко ответил тот, подняв опечаленные карие глаза на меня, встретившись с которыми я замерла от нахлынувшей волны призрения к себе, разочарования и осознания пагубности ситуации.
- Где она? – взволнованно оглядывая комнату, поинтересовался я у советника.
- Они с Ником час назад уехали. Тот поехал в кафе, а по пути предложил подвезти Джемму до работы, - с ноткой недовольства протянул Том, после чего сделал затяжную паузу, напряженно поглядывая на меня, будто собираясь с мыслями, - и нам пора, бэмби, - коротко выдал мужчина, мгновенно зарываясь глазами в кружку с чаем, из которой сделал еще глоток травянистой жидкости.
- Нам? Пора? Куда? – попытавшись связать последние сказанные Томом слова в один рациональный вопрос, я испуганно отшатнулась, отдаляясь от мужчины, которого встревоженно разглядывала.
- Нас ждет Джироламо, - вскочив на ноги, немногословно заявил тот, - возможно, и Джакоппо, - поджав плечи, с ноткой ощутимого призрения добавил мужчина, виновато поглядывая на меня.
- Зачем, Том? – непроизвольно сглотнув подступивший к горлу комок страха и сомнении, я демонстративно приподняла подбородка выше, устанавливая зрительный контакт с советником, чьи честные глаза смотрели в пол, - Куда мы едем?
- Они ждут нас в вашем с Фабиано доме для подписания некоторых документов, - выдержи длительную паузу, будто подбирая нужные слова, ответил Том, заставляя меня опешить.
- Том, ты ведь знаешь, что я не хочу возвращаться в тот дом, - ощутив мерзкое чувство сухости во рту и горького привкуса страха, стала я в панике объяснять мужчине, - именно поэтому я вернулся сюда, - указала я руками на свою квартиру.
- Кэти! – мягко окликнул меня тот, выводя из размышлений, - Я сам не хочу находиться в том проклятом доме, еще и наедине с дядей и доном, поэтому зову тебя сопроводить меня на эту встречу. Прошу, бэмби,... как единственного человека, которому я могу довериться сейчас, - столкнувшись с его опечаленными бездонными карими глазами, я ощутила как по лицу предательски скатились слезы не позволяющие мне и слово вымолвить, поэтому в ответ я лишь кивнула пару раз, - буду ждать тебя внизу, - виновато уводя взгляд в сторону, будто что-то скрывая от меня, Том кивнул в сторону двери, после чего поспешна вышел из дома, оставляя меня одну наедине с безжизненной тишиной.
Пустая квартира. Гора свежей выпечки на кухонном столе. Отсутствие аппетита, подступивший к горлу комок и острые приступы тошноты. Стойкий аромат сладкой ванили, оставляющий пряный шлейф во всем доме. Идеальная тишина, рябящая, как белый шум в ушах. Полное одиночество, ощущение вины, стыда. Меня гложила совесть, мучали догадки и переживания. Я не понимала, кому стоит доверять, а кого лучше остерегаться.
Выходя в темный коридор, вновь стала судорожно оглядываться по сторонам, будто ища опровержение собственных мыслей и страхов. Однако опустив голову на сжатые в кулаки руки, в глазах вновь бросился крупный камень, как клеймо несчастья. Вот моя будущая жизнь. Полная разочарования, одиночества и страхов, безжалостно съедающие меня изнутри. Новая жизнь, которая настанет после моего переезда, когда я безвозвратно оборву со всеми связи, чтобы прекратить эти мучения для своих друзей.