После чего его голос прервал звук открывающегося складного ножа, чье холодное лезвие я ощутила на своих запястья, с которых сняли стягивающие кожу веревки.
- Даже не думай сбежать, потому что тебе некуда убегать из этого дома. Вокруг пустующие поля и никаких соседей в нескольких милях. Сугробы до пояса, а у тебя нет обуви, поэтому не испытывай судьбу. Да и я могу тебя пристрелить раньше, чем ты за порог успеешь выйти, - нависая надо мной сзади, гневно стал угрожать мне мужчина, холодным, решительным тоном, от которого по телу прошлись мурашки.
- Так чего ты ждешь? - яростно крикнула я, от пробирающего чувства горя утраты, - Раз так долго охотился на меня, думаю, самое время всадить мне пулю в лоб! Убить также бесчеловечно, как ты это сделал с моей семье! - лишь от одного упоминания умерших близких, сердце сильно за ныло, а голос предательски вздрогнул. Глаза накрыла плотная пелена из слез, который капали на глубокие, грубые следы, оставшиеся на кровоточащих запястьях, на которых ярко, подобно полярной звезде, сверкал подаренный Джеммой спасательный браслет.
- Не так быстро, bella! Дай мне насладиться результатами многомесячной работы, - уверенно рявкнул тот, - ведь суть мести в том, что ты сполна наслаждаешься ею, вкушаешь каждое кровожадное мгновение, каждый выигранный бои, принесший твоему сопернику страдания. Она позволяет свести счеты с обидчиком. Дает возможность высвободить накопившееся гнев, ярость и боль. Воздать по заслугам и заполучить упокоение бунтующей души. Но, учитывая, что наш счет с тобой один-один, решать судьбу поистине провинившегося будет любимая игра моего брата, - скрепя зубами от злости, заявил Алекс, громко скинув на стол револьвер, который я оперативно схватила со стола, направив его на обидчика, - предсказуемо, - самоуверенно фыркнул тот, повернувшись ко мне спиной, неспеша направляясь к своему стулу, - но, bella, в русскую рулетку не так играют.
Усевшись на свое место во главе стола напротив меня, мужчина с невозмутимым лицом скинул ногу на ногу, расслабляясь на своем стуле, будто ему было наплевать на ружье. Алекс и не вздрогнул перед лицом смерти. Ему будто и вовсе было наплевать на собственную судьбу, но, когда дело касалась брата, тот не мог себя контролировать даже перед губительным феноменом смерти.
- Хочешь выстрелить? - невозмутимо поинтересовался тот с легкой насмешкой.
- Хочу отплатить тебе за смерть моей семьи! - яростно закричала я от ощущения прижигающего горя утраты в груди и мучающей совести, с трудом удерживая в руках тяжелое ружье, - Ты и твои брат испортили мне жизнь! Виктор лишил меня сна, возможности жить в родном городе, любить, а ты лишил меня семьи, смысла жизни! - удерживая расплывающееся перед глазами силуэт мужчины на прицеле, я вдруг увидела сверкающий в свете лампы браслет, от вида которого громче завыла.
- Так стреляй! - поддавшись вперед, предложил Алекс, будто не боясь смерти, - Сделай это сейчас, или положи на стол револьвер! - гневно крикнул тот, стукнув кулаком по столу, от чего я в страхе съежилась.
Уперевшись руками в стол, я выпрямилась, шатка стоя на своих ватных ногах, которые подкашивались от страха, целясь Алексу прямо в голову.
- Сделай это, Кэти, как сделала это с моим братом. Убей меня, также, как и его! Беспощадно и без оглядки. Выстрели же в меня! - мело подначивал тот, мою темную сторону, - Давай же убийца! - крикнул мужчина, надавив на больное.
- Я не убийца! - яростно ответила я, рукавом убирая с лица скатывающиеся слезы.
- Всади мне пулю в лоб! Отомсти мне за свою семью! - стал глубже вгонять Алекс рукоятки острых кинжалов мне в многочисленные кровоточащий от застрявших острых лезвии в свежих порез на моей обливающиеся кровью душе, от чего я взывал, - Джемма, Том и дон умирали в страшных муках, а вот Ник и твои родители быстро утонули, захлебываясь в луже собственной крови, - усмехнулся тот.
- Ты - монстр! - крикнула я, будто убеждая себя в правильности своего поступка, после чего со всей злости зажала курок, слыша щелчок, после которого обессиленно рухнула на стул, наслаждаясь воцарившееся тишиной, которую нарушил мой громкий вздох, - Он пустой, - облизав засохшие губы, устало проговорила, разочарованно скинув револьвер на стол.
Впервые в жизни я позволила своей неконтролируемой, спрятанной в глубинах тьмы сущности выйти из своей сырой темницы, чтобы сотворить непоправимое - лишить человека жизни. Я совру, сказав, что не желала Алексу смерти, однако, пусть он и был ее достоен, но не мне распоряжаться остатками дней его на земле.