Внутри все воспламенялось от неконтролируемой животной ярости и приступа агрессии, усилившиеся при виде белесоватой полоски на безымянном пальце и быстро прокручивающиеся секундной стрелки на циферблате наручных часов, чей тикающий звук синхронно пульсировал в такт с напряженными висками. Я ощущал, как моя темная, неконтролируемая сущность заполняет каждую клеточку моего разгневанного, напряженного тела, обволакивая под мантией коварной тьмы, блокируя доступ к человеческим эмоциям.
В этот момент я не ощущал подкашивающего мое восприятие страх или человеческий испуг. Я жаждал крови и справедливости! Но еще больше хотел увидеть ее светлое лицо, являющееся ко мне во снах на протяжение неизмеримо длительного месяца. Нежно коснуться белоснежной, шёлковой кожи, вдохнуть успокаивающий аромат с бодрящими нотками освежающих цитрусов и горьковатого темного шоколада. Запутаться пальцами в темных, волнистых полосах, оставляя дорожку из нежных поцелуев на каждом сантиметре ее тела. Насладиться своей женой, ее дивным смехом, утонуть в каре-зеленых глаза, осуждающе поглядывающих на меня. Просто быть рядом с ней, оберегать от напророченных бед, впитать пережитую боль и страдания, окутать в тёплых объятиях и заставить забыть горькое прошлое. Заверить ее в лучшее будущее, которое я смогу ей обеспечить.
Лишь от одной мерзкой мысли прожитого кошмарного месяца вдали от нее, перед глазами резко потемнело от ярой злости, а нога неконтролируемо вдавливала педаль газа в пол. Рев соревнующегося с холодным лесным воздухом мотора смешивался с ее вздрагивающими всхлипами, вновь и вновь воспроизводясь коварной тьмой, пробуждающая во мне ожесточённого зверя, жаждущего крови и смерти! Но стоило ее опустошённому голосу в моей голове усилиться, превращаясь в четкие фразы, как я резко обомлел, будто возвращаясь к жизни.
«За эти несколько кошмарных дня без тебя, мне наконец удалось переосмыслить пережитые с тобой события. И знаешь, какая фраза чаще всего всплывала? "Я всегда буду твоей опорой, даже в самые трудные времена". Именно это ты мне сказал той ночью, когда находился на грани смерти и жизни, когда твоё будущее было в моих руках, однако тогда нам удалось избежать смерти, но не сейчас. Почему я вспомнила эту фразу? Потому что и ты, и я, никто из нас не выполнил свое обещание. Я не смогла тебя спасти в этот раз от смерти, а ты оставил меня одну без своей защиты. Я всегда была бы твоей опорой, однако теперь я буду ею для себя в твоё отсутствие».
Перед окутавшей глаза плотной пеленой коварной тьмы, в которой заблуждал ее невинный облик, стали виднеться проблески яркого дневного света, болезненно обжигающих душу. Мое человеческое нутро сильно ныло от переживания, гложущего чувства вины, страха, что я не успею... не успею спасти ее.
Мысли неконтролируемо терроризировали мою разум. Я будто сходил с ума, хоть внешне был спокоен. Дотянувшись одной рукой до бардачка, я вытащил очередную пачку сигарет, поджигая одну из никотиновых трубочек, которую мгновенно поднес к губам, глубоко втягивая плотный, ядовитый дым, успокаивающе обволакивающий легкие. На секунду я позволил своему напряженному телу расслабиться в кожаном кресле, выдыхая в потолок белое облачко. Но мне этого было катастрофически мало.
Сделав очередную глубокую затяжку, я прикрыл на мгновение глаза, сильнее вдавливая педаль газа в пол, от чего машина с диким ревом, быстрее стала проноситься по заснеженным дорогам. Сосуды резко сузились от быстро поступившей в крови дозы никотина и плотного дыма с запахом охлаждающего ментола, обтекающий каждый сантиметр слизистой, от воздействия которого горло болезненно царапал суровый мороз.
Виски быстро пульсировали в такт разрывающегося в груди сердца, а в голове стали упорядочиваться запутанные мысли. Затуманенный животным гневом разум возвращался ко мне, буря из чувств вновь стала мне подвластна, дыхание уровнялось, лицо приняло беспристрастный вид, лишь черные, как смола глаза, в которых ликовала кровожадная тьма и проблески животных инстинктов, выдавали мои истинные намеренья.
Выпрямившись, я выкинул в приоткрытое окно докуренную сигарету, желая ухватиться за следующую, как мой взгляд вновь замер, будучи намертво прикованным к любимому тату на руке.
- Моя птичка, - неуверенно прошелся я пальцами по широко раскрытым крыльям парящей в свободном небе птицы, от вида которой я обомлел, ощутив гложущее чувство вины глубоко в груди.
Глаза виновато метнулись выше, пытаясь избежать поток нескончаемых будоражащих чувства душераздирающих воспоминания, натыкаясь на безымянный палец, при виде которого дыхание перехватило. Руки обмякли, болтаясь на руле, от чего на пару мгновении я потерял контроль над автомобилем, разочарованно разглядывая тонкую полоску от обручального кольца. Воспоминания вновь нахлынули с новой силой, отбрасывая меня в тень укоризненной совести.