- Кэти, посмотри на меня, - успокаивающим голосом, попросил я птичку, которая отрицательно качнула опущенной на грудь головой, - Кэти, пожалуйста, взгляни на меня!
- Нет! Я не могу смотреть на тебя, ведь стоит мне поднять глаза, как ты испаришься или умрешь от моих рук, - задыхаясь, в панике призналась девушка, вздрагивая от испуга.
- У тебя нет другого выбора, Кэти, поэтому посмотри на Фабиано и выстрели в него! – в наш диалог встрял озлобленный Алекс, который насильно подняла голову девушка, крепко удерживая одной рукой за подбородок.
От его действий, я резко сдвинулся с места, на что шатен лишь сильнее сжал горло жены в своих руках, заставляя ту напугано хватать ртом воздух.
- В твоих интересах, Фабиано, заставить ее выпустит тебе в сердце пулю, иначе это сделает Алексей, но уже на полу в собственной крови будет лежать твоя жена, - угрозы Алекса, заставили Кэти оживиться, от чего я встретился с ее наполненными слезами глазами, умоляющими меня избрать это решение.
И глядя в этот судьбоносный момент нашей трагичной жизни в ее заплаканные, покрасневшие каре-зеленые глаза, я отчаянно осознал, что не мир мафии кровожаден и жесток, а я его делал таким своей беспощадностью.
- Кэти, выстрели в меня! – оглянувшись назад через плечо, я увидел сурового Алексея, целившееся моей жене в проекции сердце, от чего впервые за долгое время я ощутил малознакомое пробирающее чувства страха, сдавливающая грудь, - Давай, Кэти, зажми курок! – не уводя растерянного взгляда, продолжал я ее молить отнять мою жизнь, взамен на ее.
- Я не могу... Не могу потерять тебя вновь... Не могу лишить тебя жизни! Не могу так поступить с единственным оставшимся в живых любимым человеком. Я не могу потерять всех вас и жить в полном одиночестве. Меня погубят собственные чувства, - в ее заплаканных глазах было столько боли, страха и безысходности, что я невольно сам ощутил свою беспомощность перед ней и этой ситуации.
- Птичка, просто доверься мне и выпусти эту пулю! – продолжил я ее убеждать, видя краем глаза, приближающегося здоровяка, готовый в любую секунду зажать курок, - Сохрани себе жизнь, ради меня!
- Как я могу довериться тебе, когда ты просишь меня убить тебя, Фабиано? – ее исхудалое тело болезненно вздрагивало от приглушенного плача, а руки невольно опускались вниз к земле, выпуская револьвер, который умело подхватил Алекс, наслаждающиеся представлением.
- Я готов принять смерть только от твоих рук, - подняв руки вверх, я отдал ей всю власть над собой ни о чем не жалея и не боясь.
Ведь рядом с ней я давал волю яркой частички свет, спрятанной в глубинах моей окутанной тьмой и острыми шипами душе, выбраться наружу. Я позволял себе чувствовать, любить, быть уязвимыми и ранимым, при этом не жалея и не беспокоясь о последствиях для себя. Потому что с ней, впервые за долгое время, ощущал себя живым. Потому что она излечивала мои скрытые под плотными рубцами кровоточащие и ноющие раны прошлого своей искренностью, ярким светом, добротой, харизмой, заботой и любовью. Она пленила мою душу, мой разум. Моя жена давно пленила меня собой.
Поэтому я был готов принять свою жалкую смерть только из ее рук, потому что она будет такой же яркой и запоминающиеся, как и сама Кэти. Моя маленькая вспышка обнадёживающего света, озарившая коварную тьму, которая, в панике скрылась в неизведанных глубинках моей мрачной души.
В комнате воцарилась полная тишина, и лишь наши молчаливые взгляды, прерывали ее своими спорами. Я видел борьбу в ее глаза, отрицание, страх, боль, от которой птичка болезненно скрутилась, уводя взгляда в сторону.
- Время истекает, - грозные голос Алекс, заставивший девушку вздрогнуть от неожиданности, прервал недолгое молчание, - давай, Кэти, выполни последнюю волю своего мужа. Убей же его, чтобы спасти себя! – уложив свои ладони на ее локти, шатен неспеша стал поднимать руки вверх, куда вложил револьвер, - Ты ведь в это позе стояла на фотографии? Так держала пистолет, целясь пермяком моему брату в сердце? – отшагнув назад, зловеще поинтересовался оппонент, приподнимая одной рукой опущенную на грудь голову Кэти, - Дело осталось за малым!- услышав последнее слово, птичка вздрогнула, рассеяно дотягиваясь связанными руками до лица, убирая скатывающиеся горькие слезы.
Ее будто переклинило. Страдальческое выражение лица сменилось вдумчивостью, а опущенные, виноватые глаза смотрели сквозь меня, будто не замечая. Жена медленно опустила револьвер, поворачиваясь лицом к Алексу, который слега напрягся, прищурив голубые глаза, с подозрением разглядывая растерянное выражение лица Кэти, которое сменилось безразличием. Он считал ее слабой, усмехаясь над ней, но сильно ошибался, недооценивая мою жену.