- Я зашел через черный вход. Машину оставил в пару кварталов отсюда, а с камерами нам поможет наш новый друг, поэтому меня тут и не было! Да, ведь? – самодовольно заявил солдат.
- Да, - согласился сотрудник, - я все вам рассказал, мистер Калабрезе. Выполнил свою часть сделки, - тонко намекнул мужчина, с явным испугом, пытаясь собраться с мыслями и осмелиться озвучить желаемое.
- Сообщи моему солдату, стоящий рядом с тобой, свои домашний адрес и, мои люди через час будут у твоего дома, - приказал я, - а ты, Рафф, тогда закругляйся, быстрее оттуда уходи и не привлекай внимания. Документы не забирай. Пусть останутся в машине. Если есть возможность, скопирую запись с камер наблюдения из сервиса, начиная с прошлого месяца, - озвучил я точный порядок действия, вдумчиво погрузившиеся в поток мыслей, вызванных сложившимися обстоятельствами, которые сильно меня озадачили.
- А с игрушкой, что делать? – неожиданно заговорил на итальянском солдат, приковывая мое внимание к повисшему в воздухе вопросы, на который ответа у меня пока не было. Или был? Может даже целый план!
Тяжело вздохнув, я многозначительно поглядел на тату птички, а затем на кольцо, а перед затуманенными глазами настырно вновь и вновь возникал ее расплёсканный, разбитый, растерянный призрачный образ, заставляющий ощущать нарастающую вину, печаль, ненависть к себе и тревожность в груди за свои последующие, разрушительного характера, эгоистичные действия, которые, возможно, обеспечат нам двоим свободную, тихую, счастливую жизнь, вдалеке от кровожадного мира мафии. Подальше от смертей, предательства, коварных планов, обязательств и мести, где-то у подножья гор или в глухом лесу. Подальше от цивилизации, где будем лишь мы вдвоем, оторванные от губящих проблем и счастливые. Обещаю тебе, Кэти!
- Детонатор оставь на месте, Рафф, а ты, спаситель семьи, веди себя естественно, будто ничего и не было, особенно этого разговора! Потому что, если они заметят подвох или что-то неладное в твоём поведение, то дело провалиться, а след за мной потонешь, и ты в крови собственных детей и жены! Поэтому доделай свою работу. Желательно на отлично, как они и требуют. Следуй их плану и продолжай трястись от страха, будто сегодня на твоем пути не встретился ангел-хранитель в моем лице, - сурово приказал я деловым тоном, опечаленно поглядывая на свою руку, понимая, что назад пути больше нет. И обязательно кто-нибудь сегодня вечером или через несколько дней, недель или месяцев умрет.
- Но вы же умрете! – взволнованно воскликнул парень, будто пытаясь отговорить меня.
- Обязательно! – саркастично заверил я его без всякого сомнения, - А затем они будут присылать тебе вырезки из газет или записи новостных эфиров, говоря, что ты примкнул к их рядам, потому что убил человека, но это лишь провокация. Не ведись на них! – дал я дельный совет на прощание юнцу, ставшим жертвой нашей безжалостной системы.
- Фабиано, ты шутишь? – громко вскрикнул недовольно Рафф, будто не веря в этот бред или пытаясь до меня достучаться.
- Нет! Мы доиграем эту секретную игру и окажемся победителями. Поэтому приезжай быстрее в клуб, Рафф, - самонадеянно рявкнул я, ощущая растекающиеся лавой по венам азарт от нескончаемого потока мыслей, выстраивающие гениальный план.
Пока мы болтали, я зря время не терял, грамотно, как учил отец, ставший моим врагом, заблаговременно расставлял фигурки по своим предполагаемым по поим подсчетам местам на шахматной доске, довольствуясь исходом. Благоприятным для меня.
- Через час буду! – будто не до конца смерившись, спустя несколько молчаливых мгновений, выдал солдат.
- Через час в моем кабинете, Рафф, и не минут больше. Заходи так, чтобы тебя никто не увидел. И засеки время! – приказал я, и сам потянулся к своим часам, координируясь с мужчиной, который через несколько минут положил трубку, оставляя меня наедине с угнетающими мыслями и неконтролируемой яростью.
Кто же ты, черт возьми? Кем на самом деле являлся человек, который отчаянно пытается избавиться от меня? Собственные солдаты? Кто человек в маске на балу, пытающиеся соблазнить мою жену? Пешка моего отца? Кто та личность, пытающиеся завладеть Ндрангетой? Непобедимый Джакоппо Калабрезе? Кто кандидат, претендующий на равных правах на бизнес Обручникова? Кто, черт возьми, этот смельчак? Кто эта обезумившая тень, заставляющая меня сходить с ума? Кем является Марсело в этой игре? Как связанны мой отец, призрак оперы, глаз дракона и солдаты Ндрангеты?
Голова шла кругом от нескончаемого потока вопросов, генерируемые моим больным воображением. Лиц было слишком много, как и кандидатов, готовых меня убить, но всех разом можно было перечеркнуть, зная, что за моим убийством стоят люди из Ндрангеты. Члены моей восставшей против меня – их капо - семьи, которые безоговорочно должны подчиниться мне! Это им велит омерта – кодекс чести и свод правил, и чертова клятва, данная им во время посвящения.