- Ник, стой! – встревоженно крикнула Джемма, увидев, как искра, попавшая на пижамную рубашку парня, заставила рукав возгореться. Выхватив кувшин из наших рук, та щедро плеснула в друга водой, туша нарастающее пламя. Но слега промахнулась.
- Теперь пожар точно потушен, - неодобрительно рявкнул парень, чей облик стал виднеться из-за клубков улетучивающегося дыма. Ник, скривив обуглившиеся лицо удерживал в одной руке огнетушитель, а в другой противень с сгоревшим тортом, пока с его мокрой одежду каплями стекала вода, - спасибо, Джемма, - сквозь зубы недовольно прорычал тот, глядя на рубашку, затем на девушку.
- Пожалуйста, - скорчив недовольную гримасу, блондинка натянула миловидную улыбку до ушей, не засмущавшись плеснув еще немного воды парню в лицо. В этот раз не промахиваясь, - всегда готова прийти на помощь! – язвительно добавила та.
- Что это было, Джемма? Теперь пламя перекинулось на мое лицо? – фыркнул парень, сощурив глаза.
- Нет, - пожала та плечами, - это я попыталась тебя разбудить. Ну или проучить. Чтобы ты больше не пренебрегал моими шедеврами, - расстроенно указала блондинка на сгоревшие коржи с обуглившиеся персиками.
- Хочешь сказать, что из-за меня твои торт сгорел? – встряхнув ладонью остатки капающей с волос воды на Джемму, недовольно поинтересовался Ник, сощурив свои янтарные, ясные глаза, где не было намека на обиду или злость. Чистой воды передразнивание. Ему нравилось злить Джемму, которая вспыхивала, как этот пожар, за одно мгновение.
- А кто недоглядел или точнее уснул? – сузив свои голубые, как ясное небо Теллерайда глаза, Джемма с вызовом шагнула на встречу парню, указывая на обуглившиеся кусок коржа у него в руках.
- Мне кажется тот, у кого на щеке отпечаталась большеберцовая кость, - подойдя к вцепившиеся друг в другу взглядами друзьям, звонко рассмеялась я, тыкнув аккуратно пальцев подругу в щеку.
- Кто бы говорил, мисс лучевая кость, - толкнув меня в бок, рассмеялась Джемма, указывая на мой лоб, после чего комнату пахнущей гарью, озарил радостный смех друзей. Наши лица были измазаны чем-то черным. Мы выглядели подобна работникам шахт, но разница между нами и ними были лишь в том, что те добывали драгоценные камни, а наш сгоревший торт нельзя было назвать чем-то изысканным.
- Но все же вам сегодня повезло, - вытирая слезы, проговорила Джеммы, даваясь смехом, - кусочек торта все же уцелел, - подняв с противни в моих руках корж, указала та на не обуглившиеся участок, на что Ник сморщил лицо, - немного моего фирменного крема спасет ситуацию, - звонкий смех девушки заполнил ночную тишину, воцарившиеся в доме.
- Мне, как спасателю, требую выдать самый большой кусок, - требовательно заявил друг, помогая мне снять экипировку.
- Нам с Кит еще готовиться к экзаменам, поэтому самый большой кусок достанется нам. Мозгу нужна глюкоза, - сурово выдала Джемма, продолжая противостоять Нику, который с задором злил ее.
- Боже! – устала протянула я, уперевшись руками в столешницу, около подруги, закрывая сонные глаза ладонями, прикидывая в уме количество вопросов, которые мы должны выучить к экзамену, - Надеюсь, твои фирменный крем и эту плачевную ситуацию спасет, - окунув палец в взбитую белоснежную массу, я попыталась распробовать тающую во рту сладкую массу, камуфлирующая усталость.
- Тащи конспекты, - задорным тоном приказала Джемма, - и их обмажем, - рассмеялась та, заставляя и нас с Ником расхохотаться.
Их жизнерадостный смех будто отдалялся, исчезал в тени коварной тьмы, которая окутала меня своим увядшим, мертвым холодом и звенящей в ушах пустотой, обдувающее растроганное и безжалостно растоптанное сердце, спрятанное в глыбе льда, откуда невозможно было вырваться. Надежда вновь ощутить привычные людям эмоции столь же скоропостижно возникала, как и покидали меня, когда я видела фрагменты своей прежней беззаботной жизни, которую наполняли смыслом близкие мне люди. Но стоило этим воспоминаниям и людям испариться, как душа вновь сильно сжималась от холода, переставая биться, бездушно напоминая, что я мертва.
Я ненавидела это состояние. Ненавидела холод. Ненавидела одиночество, и лишь сверкание прибавляющихся на мерцающем небосводе звезд разных форм и размеров дарили мне надежду, вновь, хоть и на короткий, но столь болезненный миг ощутить себя живой. Почувствовать и пережить самые лучшие прожитые мгновения жизни. И вот очередная звезда стала неспеша загораться. Закрыв глаза, я несмело пошла ей на встречу, зная, что через несколько мгновений мое сердце вновь разобьется об острые скалы реальности. Но мне хотелось вновь ощутить это тепло. Хоть и на пару мгновений. Знать, какого чувствовать себя живой. Ведь мне это больше не предстоит.