Именно этим были занятый мы с Фабиано на протяжение нескольких прекрасных месяцев – восстанавливали давшую трещину доверие в фундаменте наших отношений. Порой это было довольно увлекательно и весело, а иногда невыносимо больно и горько, но мы никогда не сдавались. Ведь с каждый днем мы все больше и больше влюблялись друг в друга, несмотря на все трудности. Все эти несколько беззаботных месяцев путешествий по миру втроем позволили многое узнать друг от друге. Например, Фабиано, как и я был поклонником балета, театральных постановок и истинным ценителем мюзикле, которых за время прибытия в Нью-Йорке и Чикаго несчитанное количество посетили.
Помимо этого, мой муж оказался ярым поклонником классической музыки, которую мы частенько, по общей договорённости, попеременно слушали с любимой мной поп-музыкой, рэпом и неизвестными никому композициями. Нам обоим нравилось читать книги, правда жанры предпочитали мы разные, но это нам не мешало каждый вечер перед сном читать друг другу в слух, убаюкивая нашего малыша. Помимо искусства, я узнала, что Фабиано увлекался и спортом. Теннис, горные лыжи и плаванье, которому он и меня отчаянно пытался научить, но я безнадежна в этом деле. При каждой его попытке, тонула, как балласт, тянущий его на дно своим весом. Ну и шахматы – истинная любовь моего мужа. Сколько партий с позором было мною проиграно, но вот в картах я утерла ему нос. Правда, потому что он поддавался мне. Не честно!
За эти несколько месяцев мы поняли, что можем быть совершенно разными: любить коллекционное вино и изысканные, трудно выговариваемые ресторанные блюда от именитых шеф-поваров кулинарного мира или без укореняя совести наслаждаться посреди ночи дешевой картошкой фри с бургером и острым соусом из забегаловке на заправке, запивая колой. Быть одетыми с иголочки в лучшие наряды от кутюр, которые выгуливали на светских мероприятиях или совершенно голыми, беспечными и лохматыми в собственной спальне. Но при этом до беспамятство влюбленными, заинтересованными, жаждущими друг друга, беззаботными, уникальными, самодостаточными и неизменно растущими личностями. Неважно, какими и сколь полярными у нас были увлечения, интересы или миры, мы всегда находили общие точки соприкосновения, наш интерес друг к другу, подобно вечно полыхающему в душах и глазах огню не угасал. Мы не могли насытиться друг другом, каждый раз познавая нечто новое, уникальное, приятно удивляющее или шокирующее, порой абсолютно непристойное или до блаженной боли в мышцах задорное и смешное, но делающее нас совершенно счастливыми, оторванными от жестокого мира. Наш союз становился нерушимым, таким, каким его заслуживаем мы с Фабиано и наш маленький малыш.
Но наши плавно переходящие друг в друга райские деньки не всегда были столь солнечными, веселыми, беспечными и жизнерадостными. Порой небесное светило, греющее слепо очарованные души теплыми лучами любви, предательски скрывалось за грозными, черными тучами сурового быта и печальной реальности, предвещающие грозный шторм. Как у любой семейной пары у нас возникали недопонимания, порой мелкие ссоры, огорчения и разочарования, но и с этим мы научились вместе справляться. Фабиано понял, что необходимо говорить о проблеме в слух, а мне в свою очередь терпеливо слушать. Ведь проблему не решить побегом, потому что она назойливо будет следовать по пятам, пока не сведет с ума.
Возможно, веской причиной столь радикальных изменений в нашем поведение стал приятный факт того, что вскоре мы станем родителям? Ведь осознав эту будоражащую тело и греющую душу радостную новость, я будто внезапно повзрослела. Стала более понимающей, рассудительной или набралась мудрости от Фабиано, но, как бы это не было, теперь, несмотря на обиду, разочарование, боль или страх, я усаживала Фабиано напротив себя, брала его за руку и терпеливо выслушивала мужа, а он меня.