И даже в этом деле наш сын оказался быстрее меня.
- Я выиграл! – подняв руки вверх, восторженно крикнул Амадео с улыбкой поглядывая на Тома, который с обожанием смотрел на своего племянника.
- О, нет! – драматически упав на колени, театрально завопил брат, придерживая рукой предположительное место ранения, - Боже, пощади меня! Я ведь слишком молод, красив и хорош собой, чтобы умереть! – разлегшись на зеленый газон, продолжил тот веселить сына своим нелепым представлением, который лишь громче стал хихикать, - Львенок, ты был лучшим и самым достойным моим соперником. Знай это, - обессиленно закашлял тот, взяв сына за руку, - и поэтому, - его веки так реалистично трепетали, тихий голос дрожал, театральные паузы между словами были столь правдоподобными и лишь не сползающая с лица улыбка заставляла не верить в этот спектакль, - я завещаю тебе все, что у меня есть! – закатив глаза Том громко простонал. Обессиленно рухнул на землю с характерным звуком, тот раскинул по сторонам руки, высунув язык изо рта.
- Даже машину? – хитро полюбопытствовал сын.
- Не трогай машину! - приоткрыв один глаз, предупреждающим тоном пригрозил Том, схватив сына за руку, который громко засмеялся, - Иначе злой дядя Том воскреснет и, - присев на траву, советник заключил Амо в объятия и рухнул с ним на землю, - превратившись в красивого зомби, утащит тебя за собой, - грозно зарычал тот, щекоча сына, который восторженно хихикал, озаряя своим смехом все открытое пространство.
- Пап, если что, ты тоже умер, - сквозь слезы и смех вырываясь из крепких объятий Тома, Амадео протянул мне свою ручку, призывая прилечь с ними рядом.
- О, Фабио, привет, - удосужился я наконец внимания отвлекшегося на секунду брата, который с теплой улыбкой поприветствовал меня, пока я пытался вызволить из его объятий своего сына.
Применив пару запрещённых приемов, я взял плачущего от смеха Амадео на руки, после чего протянув открытую ладонь советнику.
- Кстати, брат, а кто тебя так смачно в зад поцеловал? Неужели это был сам Обручников и его свита на деловой встрече? – встав на ноги, усмехнулся советник, интригующе стрельну глазами на приклеившиеся к моей ягодице стреле «Томмазо», вокруг которой скопился ободок красной краски.
- Дядя Том, ты вообще-то умер, - недовольно встрял в наш разговор сын, - поэтому ложись на траву обратно и не нарушай правила игры, - командирским тоном выдал тот.
- Светлячок, давай папа тебе поможет справиться с этим нарушителем, - прищурив глаза, я коварно улыбнулся, глядя на брата, накрыв своей ладонью руку своего сына, в которой лежал пистолет, целясь прямо в лоб Тому.
- Фабиано, помни, что я твой брат! – нервно улыбаясь, советник попятился назад, поднимая руки вверх, - Кстати, а я спрашивал, как встреча прошла? Надеюсь, все удачно? – пытался меня тот забалтывать, пока я неспеша наступал ему на ноги, а затем спустил курок.
Пуля на присоске прилетела брату прямиком в центр лба, окрашивая загорелую кожу в ярко-зеленый цвет.
- Что ты делаешь, Фабио? - глаза советника недовольно скрестились кверху.
Нахмурившиеся густые брови с призрением поглядывали на торчащий черный наконечник присоски, который тот с характерным звуком отлепил от своего лба, оставляя небольшую вмятину.
- А ты? – развернувшись боком, кивнул я в сторону торчащей из моей ягодицы стрелы, пока мужчина с недовольным выражением лица массировал место «ранения».
Наши с яростно желающим высказать мне свое недовольство братом цепкие взгляды встретились. И во дворе неожиданно воцарилась полная тишина. Каждый из нас о чем-то думал, и лишь глаза были свидетелями сокрытой правды. Сложившиеся абсурдная ситуация выглядела настоль глупо и забавно. Мы будто невольно забылись в этой нелепой суете, вновь став беззаботными детьми, которых безжалостно лишили детства. Многозначительно поглядев на свой нескончаемый источник радости и гордости – на прикрывшего ручкой рот тихо хихикающего сына, а затем на ухмыляющегося брата, я подался этому детскому порыву.
Наш двор разразился громким, живым, заразительным смехом.
- Я тебе припомню, Фабиано, - по-дружески ударив кулаком в плечо, грозным тоном заверил меня Том, коварно ухмыляясь.
- Дядя Том, не обижай папу, - выхватив из рук советника игрушечный пистолет, Амадео скинул его на землю, - и ты, пап, тоже не смей обижать дядю Тома, - стал отчитывать меня сын суровым видом, скинув и свое оружие на газон, после чего его ручку легки на наши с братом плечи, подводя нас ближе друг к другу.