- Зима. Большой театр. Ночная Москва. И только ты и я. Что скажешь? - его голос, словно шелковая нить, оплетал меня, заставляя погрузиться в сказку, о которой я так долго грезила.
- Звучит неплохо, - с загадочной улыбкой, прошептала я, мои руки сомкнулись вокруг его шеи, притягивая его тело ближе к себе, чувствуя, как меня обжигает его жар.
Мои пальцы соблазнительно медленно скользили по линиям его напряженных мышц, скрытых под плотным свитером, провоцируя, дразня, пока мы, как два падших ангелы, пытались уйти от соблазна грешных желаний, кричащих нам вкусить друг друга, отдаться греху.
- Неплохо? – с вызовом прорычал Фабиано, его азартный, полный опасной готовности взгляд опалил меня, когда его сильные руки начали свое чувственное исследование, нежно лаская мои изгибы от тонких лопаток до талии, словно подготавливая меня к своему завоеванию.
Он сжал мои ягодицы, грубо массируя и проминая их. Каждое его прикосновение было обжигающим обещанием, призывом к бездне страсти, границу которой я без оглядки сейчас переуступила, увлекая следом за собой Фабиано. Мои губы, дразня, еле коснулись его приоткрытых уст, в то же мгновение обрушившихся на меня в страстном поцелуе, от которого я потеряла возможность здраво мыслить. У меня перехватило дыхание, а вспыхнувшее в теле желание вырвалось наружу, заставляя меня терять контроль. Мои умелые руки двинулись по напрягшимся мышцам торса вниз, обрисовывая каждый кубик пресса, пока не достигли звенящей пряжки ремня, от которой я в миг избавилась. Руки Фабиано крепче вцепились в мои волосы, трепля волнистые пряди, пока его рот и язык исследовали изгибы шее и моей чувственной груди.
Его пальцы искусно скользнули по потайной молнии на спине вниз, растягивая платье, которое через секунду оказалось на полу его кабинета рядом с его свитером, мешающий разглядеть каждую татуировку и сантиметр кожи, принадлежащий только мне.
- Ты уверена? – оторвавшись от моих губ, взволнованно поинтересовался Фабиано, удерживая мое лицо в своих руках.
- Да, - тихо прошептала я, растягивая ширинку его брюк, ощущая твердую плоть в своей руке.
Фабиано издал изголодавшиеся рык, когда стал спускаться поцелуями вниз к жаждущим его касаний соскам, которые он по очереди стал ласкать языком, покусывая, заставляя меня стонать от предвкушения чего-то большего. От незабываемых ярких ощущений я вскрикнула, откидывая голову назад, безмолвно моля его показать иные вершины его страсти. Я отчаянно нуждалась в его касаниях, прикосновениях пылающих жаром губ, низком, охриплом от страсти голосе. Я нуждалась в Фабиано.
- Я хочу тебя, Фабиано, - призналась я, ухватившись одной рукой за его шею, - немедленно, - практически умоляя, промурлыкала я, на что муж издал низкий, гортанный рык, дразня меня и без того доведённую до предела.
- Я чертовски сильно люблю тебя, Кэти, - медленно войдя в меня, прорычал Фабиано, обрушившись на мои приоткрытые губы, с которых слетел блаженный стон, страстным поцелуем, - Каждый сантиметр твоей души и тела, - уложив меня на стол, мужчина мучительно медленно проник еще глубже, нависая надо мной своим торсом, по которому стекали капли пота, - Звучание твоего голоса, который сводит меня с ума, - войдя до упора, я ощутила, как мое лоно растягивается до предела, и издала громкий стон, заставивший муж самодовольно улыбнуться, - Каждый каприз, который я готов исполнить, - ускоряя темп, Фабиано перекинул мои ноги к себе на плечи, громки хлопками врезаясь в плоть.
- И я тебя люблю, Фабиано, - крепче ухватившись одной рукой за край стола, а другой за предплечье мужа, сквозь стоны прокричала я, ощущая, как волна удовольствия накрывает меня, лишая возможности дышать.
Его умелые губы, дорожкой поцелуев накрывали мое тело от самого живота, вверх к запрокинутым и широко расставленным ножкам, с которых муж в порыве страсти разорвал чулки, будто руша последнее преграды на пути к тотальному слиянию наших спихнувших тел и нуждающихся душ.
- Ох, - громко выкрикнула я, когда его пальцы стали массировать клитор, - ты только что угробил чулки за пятьсот баксов, - оповестила я его с улыбкой на лице, скользя по столу, с которого на пол с грохотом сыпались предметы, под звуки страстно бьющихся друг о друга тел.
- Всего лишь? – удивленно поинтересовался муж, крепче сжимая мои бёдра и проникая глубже, каждый раз доводя до самого края пропасти, куда я жаждала упасть вместе с ним вновь и вновь. - Черт, я стал чересчур жадным, - с рыком прошептал он, резко развернув меня на столе, так что теперь холодная поверхность соприкасалась с моим пылающим от желания животом.