- Что он от тебя хочет? - яростно поинтересовалась Джемма, убирая с мокрого лица солоноватые слезы, расстроенными, красными глазами поглядывая на разбитую меня, которая даже не понимала, чего действительно этому человеку от меня нужно.
- Не знаю, - поджимая плечами, односложно ответила я, прокручивая в голове события сегодняшнего сумбурного дня, - мы официально женаты, - нехотя выдала я шокирующий факт, услышав который подруга зависла, пытаясь разглядеть в моих заплаканных глазах подвох, однако его там и не было, и, когда та это осознала, разочарованно прикрыла тонкими пальчиками лицо, безмолвно утопая в новой порции горьких слез.
Последующие несколько часов прошли по стандартному плану: мои маловнятные от слез подробные рассказы сегодняшних событий от самого начала появления моего мучителя в этом доме до самого его ухода, горькие слезы, отчаянные, гневные комментарии Джеммы и полные сожаления взгляды подруги, которая сильно переживала за меня.
- Я не знаю, как мне дальше быть, потому что не вижу никакого решения, - немного успокоившись, разочарованна собой, неуверенно вымолвила я, разглядывая подругу, которая глубоко погрузилась в свои рассуждения.
- Кит, как говорит твоя мама: «Из каждой ситуации есть, как минимум три выхода, порой из-за нахлынувших безжалостно прижигающих твое ранимое сердце эмоции, ты можешь ни один не разглядеть, однако стоит собраться, и тогда наверняка получиться выбраться из этой на первый взгляд столь безысходной ситуации», - опечаленно процитировала Джемма мудрые слова мамы, которая та мне часто говорила с самого детства, заставляя, как и отец, упорно мыслить, применять холодный разум в таких ситуациях и не поддаваться коварны эмоциям, которые зачастую мешают принять верное решение или найти выход из заблудшей ситуации, - я вылетаю первым же рейсом в Милан, - неожиданно для меня уверенно выдала блондинка, шокируя своим заявлением, услышав которое я почувствовала себя еще слабее и безумно виноватой, потому что желала от всего сердца не втягивать ее и Ника в эти проблемы, ведь именно по этой причине я покинула Теллерайд, а сейчас все мои старания иду насмарку.
- Джемма, нет, пожалуйста, я сама решу эту проблему. Я позвонила тебе лишь для того, чтобы с кем-то поделиться своими невзгодами, ведь иначе с ума сошла бы от переизбытка эмоции, распирающий изнутри мою грудную клетку, поэтому прошу тебя, останься дома, не приезжай, - в слезах, начала я умолять упертую подругу отказаться от своей опасной затее, однако та уверенно стала поглядывать на меня, решительным взглядом внушая, что она не откажется от своей идей.
- Кит, я бросила тебя один раз на произвол судьба, за что до сих пор корю себя, поэтому во второй раз я этому куску самоконтроля не позволю больше так с тобой обращаться. Я не хочу видеть больше на твоём светлом личике и следа от горьких слез, криков о безысходности, страхе и этого беспомощного, подавленного горем выражения лица, - с особым сожалением и виной, проговаривая эти слова, подруга вновь расплакалась, задыхаясь от нахлынувши недосказанных слов и обильно-накрывших ее разум эмоции, - прилечу первым же рейсом, однако ты сама понимаешь, что прибуду я только через пару дней. Наша задача за это время придумать отличный план, чтобы окончательно избавиться от этого напыщенного индюка, потому что видите ли его убить нельзя, - яростно рявкнула Джемма, прикусывая от волнения слизистую нижней губы с внутренней стороны, громкой дыша, пока ее грудная клетка тяжело и часто вздымалась от вскипающего внутри неконтролируемого гнева, - ты пока постарайся не нервничать и не выводить его из себя, пусть думает, что ты смерилась, однако это должно выглядеть максимально правдоподобно, - произнеся последнее слово подруга обреченно усмехнулась, массируя опухшие от беспрерывных на протяжении нескольких часов рыданий, - правдоподобно, - вновь повторила та, закрывая руками лицо, - я точно не могу его убить? Я постараюсь сделать это максимально тихо и даже в какой-то степени в щадящем для него режиме, просто не могу видеть, как ты будешь страдать, находясь рядом с ним, еще играя наперекор себе эти фальшивые сценки повиновения, - с особой брезгливостью и неприязнью проговорила блондинка, встревоженно поглядывая на мое ничего не выражающее поникшее лицо.