Спустя несколько минут ныряния грудную клетку сильно начало сдавливать невыносимой пронзившей кинжальной болью от острой нехватки воздуха, отрицательного давления, низкой температуры воды и отсутствия необходимой подготовки тела для погружения в море, заставляя мой мозг давать телу срочную команду вынырнуть наружу, однако я стал яростно противиться собственным инстинктам самосохранения, продолжая упорно размахивать окоченевшими от резкого перепада температур мышцами тела, погружаясь еще глубже. Как вдруг в нескольких метрах от себя перед глазами мелькнул фрагмент белой ткани, стремительно скрывающиеся под натиском тяжести вглубь моря, поэтому ускорившись, с зародившиеся надеждой в груди, стремительнее нацелился вслед за этой зацепкой, которая вскоре привела меня к ней.
Кэти безжизненно тонула. Ее руки и ноги бесформенно болтались под натиском и давлением соленой воды, пока ее светлое лицо выражало полное спокойствие и умиротворение. Крупные глаза были плотно закрыты, пока темные пряди лениво обволакивали ее лицо и шею, скрывая пухлые губы от моего пронзительного взора. Вплотную приблизившись к жене, я надежно обхватил ее хрупкое тельце одной сильной рукой, пока другой, упорными размашистыми движениями пытался вывести нас из глубины безжалостно затянувшего моря, где было намного спокойнее, чем наружу, где во всю лил грозный дождь, осыпающий нас крупными каплями, в сопровождение устрашающих звуком раскалывающего земли пополам грома и яркой вспышкой грозы. Оказавшись наверху, я жадно стал хватать ртом воздух, обескураженно поглядывая на безжизненно болтающеюся голову Кэти, чья тело я сильнее прижал к своему.
- Кэти, ты слышишь меня? – обеспокоенно стал я задавать никак не реагирующей девушки вопросы, переводя взволнованный, полный ненависти и агрессий взгляд на окружающую нас местность, которую было крайне плохо видно из-за белой стены агрессивно льющего дождя и сильного ветра, от которого моя кожа покрылась мурашками, - Кэти, пожалуйста, ответь мне, - встряхнув жену, обреченно попросил я, удерживая нас двоих наплаву в водах этого холодного моря, стараясь прислушаться к ее дыханию и разглядеть признаки жизни, - черт! – яростно крикнул я, осознавая, что она практически не дышит.
Продолжая блуждать глазами по морским просторам, я понял, что мы оказались далеко от того место, где ранее находилась яхта, которой не стало видно вблизи, и лишь одно радовало – мы оказались ближе к берегу. Недалеко от нас виднелась часть песчаного пляжа, где агрессивный ветер своей могучей силой завихрял слегка намокший песок. Набрав побольше воздуха в легкие, я стал одной рукой стремительно грести в сторону берега, бросая обеспокоенные взгляды на Кэти, чья голова безжизненно покачивалась на моей груди из стороны в сторону, пока побледневшее лицо и посиневшие губы были покрыты, прилипшими волнистыми темными прядями.
Все тело сводило от холода, а сильные волны упорно уносили нас обратно в море, заставляя меня тратить драгоценное время, от чего я яростнее стал размахивать свободной рукой, стремясь быстрее доплыть до берега, который с каждой минутой становился все ближе. Наконец ощутив под ногами дно моря, покрытое мелкими камушками и песком, я опустил вторую руку, хватая безжизненной тельце моей птички под коленки, крепко прижимая его к груди, в котором сердце безжалостно отстукивало бешенный ритм не только из-за холода и неожиданной физической нагрузки, но еще и из-за нахлынувшего волнения.
Впервые за последние несколько лет, я вновь ощутил это мерзкое, раздирающее мое окаменевшее сердце, чувство страха, волнения и беспокойства. Я смотрел на ее поникшее лицо, свисающие по сторонам руки и расслабленное, бездыханное тело и молился, чтобы было не слишком поздно. Лишь от одной мысли, что я вновь ее потеряю в груди разжигалось яростное пламя гнева и агрессий.
Вступив ногой а песчаный берег, я уложил на гладкую поверхность бездыханное тело своей жены, стараясь холодными пальцами нащупать на ее хрупкой шее, которую я мог сломать голыми руками, пульс, глазами пробегаюсь по прилипшей к телу мокрой одежды, пытаясь найти на нем кровоточащие раны. Однако мои пальцы с большим трудом ощутили слабую, редкую, нитевидную пульсации сонной артерии, от чего я сильно напрягся. Встав на одно колено, я перебросил тело Кэти на импровизированную опору, так чтобы оно свисало головой и руками вниз, поступательными движениями по спине выталкивая из легких засевшую там солоноватую воду.