Он замахнулся первым. Я видел, как его кулак летит ко мне, но замедленное движение казалось жалким. Легко уклонившись, я почувствовал, как моя рука, движимая яростью, врезается ему в челюсть. Хруст костей от этого удара был музыкой для моих ушей.
С этого момента всё стало чистым инстинктом. Я помню, как наносил удары, чувствовал, как мои кулаки врезаются в его плоть, как он отступает под моим натиском. Каждый его стон от боли, был бальзамом для моей израненной души. Ярость захлестнула меня, и я не мог остановиться.
Он пытался ответить, размахивал руками, но это были лишь слабые попытки. Я видел страх в его глазах, и это ещё больше распаляло меня. Я наслаждался его слабостью, тем, как он задыхается, как он падает. Я не давал ему ни секунды передышки. Я помнил каждое его слово и чувствовал, что каждый удар был ответом, возмездием за ту боль, которую он причинил ей.
Я повалил его на пол. Его лицо исказилось от боли, по щеке текла кровь. Он пытался защищаться, но его движения были слабыми. Я смотрел на него сверху вниз, и в этот момент впервые почувствовал удовлетворение. Я добился своего, я заставил его заплатить за каждую гадость, которую он сказал.
Но что-то во мне щёлкнуло. Я увидел его в этой куче грязи, жалкого и сломленного. И тогда я понял, что я не он. Я не буду топтать его в грязи, как он пытался сделать с ней или еще с кем-то.
Я отступил. Тяжело дыша, я посмотрел на него, на его раны, и почувствовал, как адреналин покидает меня. Он был побеждён, растоптан. И этого было достаточно.
Я не чувствовал радости от победы. Я просто чувствовал облегчение и какое-то странное, горькое удовлетворение. Это было нужно, чтобы доказать, что он не может безнаказанно поливать грязью других. Он заплатил за свои слова. И я надеялся, что он надолго запомнит.
Обвел заведение взглядом, все еще восстанавливая свое дыхание. Официанты стояли и смотрели на меня как на психа, кто-то снимал на телефон, но, когда я перевел взгляд на нее, увидел улыбку. Она улыбалась так, как будто свершилось что-то очень хорошее, как будто это был ее самый счастливый день. А по щекам текли слезы.
Наверное, я выглядел в ее глазах как полный придурок, но я не мог допустить чтобы с ней произошло нечто подобное, что случилось с моей матерью. Жаль, что тогда я не мог защитить ее, но сейчас я могу и не позволю таким как этот, издеваться над девушками.
Опустил голову и взглянул на свои сбитые кулаки, по которым стекала кровь, ухмыльнулся сам себе. Невероятно приятное чувство возмездия. А затем я снова посмотрел на нее и понял, что надо бы извиниться за подобное поведение.
Перешагнув через лежащего на полу и издававшегося какие-то непонятные звуки парня, я направился к ней. Она стояла, прижавшись к стене и все еще смотрела на меня с улыбкой на лице. Когда я подошел к ней совсем близко, она прошептала еле слышно.
-Спасибо тебе.
Это все что я хотел слышать, я был рад что помог ей, и кто знает, что случилось бы с этой девушкой если бы он все-таки сделал все, о чем обещал.
После этого мы обменялись номерами и начали общаться. Алена больше не вступала в отношения со всякими придурками, а я стал для нее кем-то вроде ангела хранителя. Старшим братом, который всегда придет на помощь и спасет от неприятностей. Так и начали дружить. Она стала моей единственной подругой, которая не хотела залезть ко мне в койку, а дружила настоящей и искренней дружбой. Так и прошли эти два года. То она меня вытаскивала из депрессий и загонов, то я ее спасал от разочарования в очередных отношениях. От этих воспоминаний мурашки прошли по коже, до сих пор страшно представить, что он мог с ней сделать, если бы я тогда не врезал ему.
Алена не ответила, и я набрал еще раз. Обычно она отвечает сразу, стал уже переживать, но развеяв мои сомнения, в телефоне динамиков послышался голос.
-Марк, ты звонил, я просто в ванной голову сушила, не услышала. Чего хотел?
Как обычно не особо церемонясь спросила она.
- Хотел пригласить тебя в бар, не хочешь отвлечься и напиться в хам? - усмехнулся сам себе. Она знал, пить мне совсем нельзя, поэтому я редко напивался в хлам. Обычно пару бокалов хватало чтобы расслабиться и не думать о пробелах и гнусных мыслях.
-У тебя что-то случалась? Чего это ты решил напиться? А ну рассказывай, Аленушка всегда выслушает. – хохотнула она в трубку.
-Нет ничего не случилось, давно не выбирались никуда. Надоело дома сидеть. Ну так что?