Я не поддалась.
Годы в банде научили меня одному: паника - смерть. Хочешь выжить - думай. Наблюдай. Планируй.
Я огляделась.
Зал был огромным - бывшая конюшня, видимо. Высокие потолки, каменные стены. Несколько выходов — в коридоры, которые вели неизвестно куда. Лестница наверх - та, по которой я спустилась.
Все рванули к лестнице. Очевидный выбор. Слишком очевидный.
Я пошла в другую сторону.
Тёмный проход в дальнем конце зала. Узкий, почти незаметный в тени. Я скользнула туда, прижимаясь к стене.
Коридор. Длинный, тёмный. Пахло плесенью и крысиным помётом. Под ногами хлюпала вода.
Я двигалась быстро, но бесшумно. Считала двери. Одна - заперта. Вторая - тоже. Третья...
Открыта.
Я нырнула внутрь.
Какая-то подсобка. Бочки, ящики, сломанная мебель. Окна нет. Один выход - тот, через который я вошла.
Плохо. Если меня загонят сюда - ловушка.
Надо двигаться дальше.
Я выглянула в коридор. Пусто. Тихо.
Где-то далеко завыла сирена. Пять минут прошли.
Охота началась.
Я услышала топот ног. Крики. Смех. Визг - явно женский, захлёбывающийся от ужаса.
Ближе. Ближе.
Бежать.
Я рванула по коридору, не разбирая дороги. Повернула налево. Направо. Ещё налево. Лестница - вверх. Я взлетела по ступенькам, перепрыгивая через две.
Первый этаж. Длинный коридор, окна забиты досками. Слабый свет луны просачивался сквозь щели.
Я остановилась, прислушиваясь.
Тихо.
Слишком тихо.
И тут - руки сомкнулись на моих плечах.
Меня швырнули на пол. Я попыталась вскочить - но на меня навалились, придавили к холодному камню.
- Попалась, - прорычал голос над ухом.
Антон.
Я узнала его по запаху - пот, приторный одеколон. По голосу - хриплому, торжествующему.
- Ты моя, - он перевернул меня на спину, прижал руки к полу. Его маска сползла набок, и я видела его лицо - искажённое злобной ухмылкой. - Говорил же - будешь под мной. Помнишь?
Я дёрнулась, пытаясь вырваться. Бесполезно. Он был слишком тяжёлым.
- Пусти!
- Ни за что, - он наклонился ближе. Его дыхание - горячее, влажное - обожгло мне щёку. - Сначала заплатишь. За унижение. За всё.
Его рука потянулась к моей футболке.
Я заорала.
Представляю еще одну новинку нашего литмоба
Лёд между нами
Нюта Царёва
Глава двенадцатая
Я заорала.
Так громко, что эхо разнеслось по коридору. Так пронзительно, что у меня самой заложило уши.
Антон дёрнулся, скривился от боли.
-Заткнись, сука!
Его кулак врезался мне в лицо.
Боль взорвалась в скуле, разлилась по всей голове. В глазах потемнело. Рот наполнился кровью - я прикусила язык.
Но удар сместил его вес. Его рука - та, что прижимала мою левую - ослабла на долю секунды.
Хватит.
Я рванулась влево, выдёргивая руку. Пальцы нырнули в карман куртки - туда, где лежал нож. Маленький, складной, с лезвием в семь сантиметров.
Достаточно.
Я щёлкнула кнопкой и ткнула вслепую - туда, где должна была быть его рука.
Антон взвыл и отшатнулся.
Лезвие распороло ему предплечье - неглубоко, но больно. Кровь выступила тёмной полосой, пропитывая рукав.
- Сука! - Он схватился за руку. - Убью!
Но хватка ослабла. Я извернулась - жинга, базовое движение капоэйры - и выскользнула из-под него. Перекатилась в сторону, вскочила на ноги.
Он тоже поднялся. Огромный, разъярённый, прижимая раненую руку к груди. Глаза - безумные.
- Ты труп, - прохрипел он. - Слышишь? Труп.
Он бросился на меня.
Я ушла в сторону - эскива, уклонение. Его руки схватили воздух. Инерция понесла его вперёд, и я ударила - растейра, подсечка - по его опорной ноге.
Он рухнул на колени.
Я выхватила из кармана баллончик с перцовым газом и нажала на кнопку.
Струя ударила ему в лицо.
Антон завыл, схватился за глаза. Но не упал. Не отступил. Вслепую, размахивая руками, он рванулся вперёд - и его кулак врезался мне в живот.
Воздух вышибло из лёгких. Я согнулась пополам, хватая ртом пустоту. Нож вылетел из руки, звякнул об пол где-то в темноте.
Он услышал. Почувствовал.
Его рука сомкнулась на моём горле.
- Попалась, - прохрипел он, всё ещё не открывая залитых слезами глаз. - Теперь никуда...
Он швырнул меня на пол. Навалился сверху - огромный, тяжёлый. Я билась под ним, пыталась ударить коленом, вывернуться - бесполезно. Он был слишком большой. Слишком сильный.
И злой. Очень злой.
- Думала, справишься со мной? - он склонился к моему лицу, и я почувствовала его дыхание - горячее, с запахом алкоголя и перца. - Думала, ты такая крутая?