Я знаю, что завтра он уйдет. Знаю, что это только одна ночь.
Но сейчас — он здесь. И этого достаточно.
8 глава
Я просыпаюсь от мягкого света, который пробивается сквозь тяжелые шторы. Утро. Первое января. Голова чуть тяжелая от шампанского, тело расслабленное, теплое, будто меня всю ночь разминали лучшие массажисты. Я лежу на боку, лицом к камину, который давно выключился.
И только потом вспоминаю, что не одна.
Его рука лежит на моей талии — тяжелая, горячая, пальцы слегка раздвинуты, обнимают. Моя пижамная кофта где-то на диване, майка на полу, а я прижата спиной к его груди. Он дышит ровно, медленно, и каждый выдох касается моей шеи, поднимает волоски на коже. Запах — его, мой гель для душа, смешанный с чем-то мужским, теплым, чуть солоноватым от пота и нас. Этот запах обволакивает, как одеяло, и я не хочу шевелиться, чтобы не разрушить его.
Я закрываю глаза и просто чувствую. Его бедро между моими ногами, колено чуть согнуто, прижимает меня к себе. Кожа к коже. Мы так и уснули — голые, переплетенные, на ковре перед камином. Сейчас ковер кажется мягче пуха, а его тело — самым надежным местом на земле.
Сердце стучит тихо, но часто. Я знаю, что должна встать. Одеться. Проводить его до двери и попрощаться, как взрослые люди, которые понимают, что это была всего одна ночь. Но ноги не слушаются. Я не хочу, чтобы он уходил. Не сейчас.
Он шевелится первым. Рука на талии сжимается чуть сильнее, пальцы скользят по коже живота, рисуют ленивые круги. Дыхание меняется — становится глубже. Я чувствую, как он просыпается полностью, как тело напрягается за моей спиной. И как он снова становится твердым — медленно, но уверенно прижимается ко мне сзади.
Я замираю. Не дышу.
Его губы касаются моей шеи — сначала едва, потом теплее. Поцелуй в то место, где пульс бьется быстро-быстро. Он вдыхает мой запах, тихо выдыхает.
— Доброе утро, принцесса, — шепчет хриплым со сна голосом прямо мне в кожу.
Я поворачиваю голову, и он сразу находит мои губы. Целует медленно, лениво, будто никуда не торопится. Утром его вкус другой — теплее, чуть горьковатый от выпитого шампанского, но все такой же сладкий. Я отвечаю, открываю рот, и язык его скользит внутрь, пробует меня заново, как будто ночью этого не было.
Рука поднимается выше, обхватывает грудь — нежно, без спешки. Большой палец гладит сосок, и тот сразу твердеет, отзывается острой сладкой дрожью во всем теле. Я тихо вздыхаю ему в губы, и он отвечает тем же — низким, довольным звуком.
Он перекатывает меня на спину, не отрываясь от поцелуя. Теперь он надо мной — локти по сторонам, тело прикрывает от утреннего света, от всего мира. Я чувствую его вес, его тепло, его запах, который полностью окутывает меня. Он пахнет нами — сексом, шампанским, мной. Я тону в этом запахе…
Губы спускаются ниже — по подбородку, по шее, по ключице. Он целует каждую косточку, каждый сантиметр кожи, будто запоминает. Я выгибаюсь навстречу, пальцы зарываются в его волосы — они мягкие, чуть спутанные после ночи. Он тихо стонет, когда я тяну чуть сильнее.
— Стеша… — шепчет. — Ты такая теплая утром…
Я не отвечаю словами — просто обнимаю его за шею и тяну обратно к губам. Целую сама, глубже, жаднее. Утро делает все медленнее, слаще. Нет той спешки, что была ночью — только ленивое, чувственное исследование. Его рука скользит по бедру, поднимает ногу, укладывает себе на талию. Я чувствую его между ног — горячий, твердый, но он не торопится войти. Просто прижимается, дразнит, трется медленно.
Я задыхаюсь от этого. Внутри все снова плавится. Я двигаю бедрами навстречу, и он улыбается мне в губы — чувствую это.
— Не спеши, — шепчет. — У нас еще есть время…
Он целует грудь — медленно обводит языком сосок, втягивает в рот, слегка прикусывает. Я стону тихо, пальцы царапают его плечи. Потом ниже — по животу, по внутренней стороне бедра. Он раздвигает мои ноги шире, целует там, где я уже вся горю.
Я выгибаюсь, задыхаюсь, цепляюсь за ковер. Он держит меня за бедра, не дает уйти, и доводит до края — медленно, мучительно сладко. Когда я кончаю, это тихо, долго, волнами — все тело дрожит, а он продолжает целовать, глотать мои стоны, пока я не обмякаю полностью.
Только тогда он поднимается, входит в меня — одним медленным движением, до конца. Мы оба замираем. Он такой горячий внутри, такой полный. Я обхватываю его ногами, руками, всем телом.
Он начинает двигаться — медленно, глубоко. Глаза в глаза. Он смотрит на меня так, будто хочет запомнить каждую черточку. Я глажу его лицо — щетину, скулы, губы. Он целует мои пальцы.