Я жмурюсь. Глотаю воздух. Пытаюсь сосредоточиться. Переписываю слова лектора.
Раздаётся спасительный звонок. Я подскакиваю, едва не сметая тетрадь.
Каким-то чудом протискиваюсь мимо Селима. Или на другой ряд перескакиваю?
Не помню. В голове плывёт, я ничего не соображаю. Дышать начинаю лишь в коридоре.
В спину мне доносится хриплый, довольный смех мужчины.
Внутри всё пульсирует. Смешалось: страх, злость, стыд, возбуждение, ужас.
Кошмар. Это всё – настоящий кошмар.
Но я ещё не знаю, что весь кошмар – ждёт меня впереди.
Глава 5
На следующий день я иду в университет с ощущением, будто в горло засунули кусок льда.
Он не тает. Он мерзкий, острый, холодный, и каждый шаг только сильнее вдавливает его внутрь.
Я не знаю, как реагировать. На них. На всю троицу. На то, что вчера случилось, и на то, что, возможно, случится снова.
И хуже всего – пожаловаться некому. Преподавателям? Ну да, конечно. Они и имена-то наши не все помнят. Ректор? Декан? Ага.
Особенно в универе, где бабки разворовываются, дипломы покупаются, а на студентов, по сути, всем плевать.
Да и как я докажу? Что Селим сделал? Сел рядом. Записывал лекцию. Улыбался.
А то, что под столом его ладонь творила – никто же не видел.
И слава богу, не видел. Мне-то и одной хватило.
В общем, никто не поможет. Никто не встанет на сторону «просто девочки», если против тебя Медведев. Тем более не один.
Но к моему удивлению – пары проходят относительно спокойно. Да, я вижу их в коридоре. Да, Назар кидает на меня свои наглые взгляды. Селим усмехается. Амир же раздаёт пошлые комплименты.
Но всё, будто, даже не так плохо.
По крайней мере, они держатся на расстоянии.
Я стою на курилке с Лизой. Не курю, конечно. Просто рядом. Она сама позвала.
– Извини за вчера, – с трудом произносит подруга. – Я не хотела игнорировать, просто… Я расстроилась. Я не должна была пересаживаться, но…
– Но? Что случилось? – уточняю обеспокоенно.
– Даня подошёл. Ну, этот, который мне нравится. Он попросил, чтобы я отсела от тебя.
– Что?
– Ну да. Сказал, мол, типа, надо. Что-то там непонятное пробормотал. Я подумала, может, это намёк. Фиг пойми какой. Так странно начинает приглашать. А в итоге – он для друга просил.
– Для Селима.
– Ага. И я очень расстроилась. Как оплёванная стояла. Прости, Вер. Правда. Мне так стыдно.
– Всё нормально, Лиз. Правда. Не обижаюсь.
Я могу понять обиду подруги. Это очень неприятно, когда понравившийся парень просто использует.
Чуть сжимаю её предплечье, стараясь успокоить. Убеждаю, что совсем не обиделась.
– Это всё Медведевы виноваты, – хмыкаю. – Они всё портят.
– Согласна, – смеётся подруга. – Ну, может это у них перед днюхой.
– Ох. Точно.
– Ага. С ума сходят перед вечеринкой. Типа закрытая будет, для своих. Самых популярных только зовут.
Я морщусь. Не хочу слушать про мужчин и то, как они будут праздновать своё двадцатитрёхлетие.
Но не сомневаюсь, что с шиком и размахом. Они ещё в школе были у всех на слуху.
Девчонки охотились за слухами, как за билетами на концерт.
Кто пойдёт? Кого позвали? Что наденут?
И всегда – старшаки. Те, кто «на уровне». А я?
Меня никогда не звали.
И я, конечно, не хотела. Ну пф. Ещё чего. Мечтать попасть туда? Ну уж нет. Ни капельки!
Просто в груди немного щемит. Как будто память щёлкнула по ребру.
Как будто школьница внутри всё ещё шепчет: «А если бы?»
Нет. Даже думать не хочу.
– Пусть зовут, – отмахиваюсь. – Мне без разницы.
– Ну, знаешь… – тянет Лиза. – Многие бы продали душу, чтобы попасть на их пати. Там, говорят, даже бассейн будет.
– Надеюсь, утонут.
Подруга смеётся. А я перевожу тему. Мы болтаем о безопасном. О том, что препод тупит, о том, что в столовке снова пюре как бетон.