– Марко, – начинаю тихо, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко и ненавязчиво. – Почему ты работаешь на Антонио, несмотря на то, как он с тобой обращается?
Он на мгновение замирает и смотрит на меня, его лицо остаётся непроницаемым. В его глазах вспыхивает что-то тёмное, но он быстро берёт себя в руки, и эта тень исчезает, оставляя лишь ледяное спокойствие.
– Это не твоё дело, – отвечает он, его голос звучит ровно, но я чувствую напряжение в каждом слове, как будто под этой гладкой поверхностью скрывается вулкан.
Я вздыхаю, понимая, что разговор на эту тему – как попытка пробиться сквозь железную стену. Но в глубине души я надеюсь, что всё же смогу найти ключ к нему и понять, что же на самом деле творится здесь.
Делаю шаг вперёд, надеясь, что моя искренность сможет хоть немного смягчить его оборону. Моя фигура кажется такой хрупкой рядом с его мощной, что заставляет меня чувствовать себя ещё более уязвимой, но я не хочу отступать.
– Я просто пытаюсь понять. Ты ведь не можешь быть счастлив в такой обстановке.
Марко сжимает челюсти, его взгляд становится ещё холоднее.
– Ты не знаешь, о чем говоришь. Моя преданность “папе” не подлежит обсуждению. И тебе лучше запомнить это.
Внутри меня растет тревога, но я не сдаюсь. Я должна понять, что здесь происходит.
– Марко, я не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за меня. Я просто хочу разобраться, что здесь творится. Пожалуйста, помоги мне. Чего он добивается?
Его глаза встречаются с моими, и я ловлю мимолётный взгляд, который заставляет моё сердце биться быстрее. В этом взгляде есть что-то человеческое, что-то, что говорит о его внутренних сомнениях. Он делает шаг ко мне, и я невольно отступаю, чувствуя, как его присутствие подавляет меня.
– Ты ничего не узнаешь от меня, – его голос становится тихим, но от этого ещё более угрожающим. – Я бы на твоём месте прекратил эти попытки. Капо всё видит и слышит.
Опускаю голову, понимая, что на этот раз не смогу пробить его защиту. Но в его голосе, в его глазах есть что-то, что заставляет меня поверить, что за этой суровой маской скрывается нечто большее.
– Хорошо, – шепчу я, делая шаг назад под его прожигающим меня взглядом.
Выражение его лица вновь становится непроницаемым, но я улавливаю лёгкую дрожь в его губах. Он делает шаг вперёд, его рука неуверенно тянется к моей щеке, но затем быстро отдёргивается, как будто он боится, что это прикосновение откроет слишком много.
– Будь осторожна. Твоё любопытство может привести тебя к плохим последствиям, – говорит он мягче, чем раньше, и я чувствую, как дрожь проходит по моему телу.
Киваю, не в силах произнести ни слова, разворачиваюсь и направляюсь к двери. Этот человек – загадка, которую мне предстоит разгадать, и я не знаю, чему верить: его холодности или моментам, когда его глаза говорят больше, чем слова.
Выхожу из комнаты, чувствуя, как тягостная атмосфера остаётся позади. В груди пульсирует разочарование, но вместе с ним и новая решимость. Я найду способ выбраться отсюда, даже если для этого придется рискнуть всем.
Нэйтан
Подхожу к массивному зданию с серыми, безликими стенами, которое выглядит как обычное офисное, но я знаю, что за его фасадом прячется сердце ЦРУ. Металлический детектор сканирует меня с ног до головы, и охранник жестом показывает, что я могу идти дальше. Внутри меня встречают холодные, стерильные коридоры, освещенные ярким белым светом.
На ресепшене меня встречает женщина с холодным взглядом и строгим выражением лица. Она поднимает глаза от монитора и измеряет меня с головы до ног, словно оценивая меня. Проверяет мои документы и молча кивает, пропуская меня дальше.
Ко мне подходит другая девушка строгом костюме:
– Нэйтан Вебстер? – спрашивает она, не ожидая подтверждения. – Следуйте за мной.
Она ведет меня по длинному коридору к лифту, и мы поднимаемся на восьмой этаж. Я не могу избавиться от чувства, что здесь за мной наблюдают на каждом шагу. Когда двери лифта открываются, в моё поле зрения попадает просторный офис с видом на город. Мои шаги гулко отдаются в пустом коридоре, пока я иду к кабинету, куда меня направили. В центре комнаты за роскошным столом сидит мужчина средних лет в строгом костюме, который поднимает взгляд от бумаг и жестом приглашает меня войти.