– Нейт, – голос Дерека проникает сквозь шум и концентрацию, как сквозь плотный туман, – Пора домой.
Его слова возвращают меня обратно в реальность.
Отвожу взгляд от монитора и смотрю на него. В его глазах читается смесь беспокойства и понимания. Но как я могу остановиться? Как я могу спать, зная, что Эмма находится в руках этих чудовищ?
– Я останусь здесь на ночь.
– Ты должен отдохнуть. Ты работаешь без перерыва уже двенадцать часов.
– Не могу, – отвечаю, чувствуя, как гнев снова поднимается в груди, как волна, готовая разорвать меня на части.
– Мы все хотим спасти её, Нейт, – он делает шаг ко мне, его голос становится мягче, – Нам нужен результат, а для этого у тебя должен быть ясный ум. Если ты измотан, ты можешь сделать ошибку.
Мои руки сжимаются в кулаки, костяшки белеют от напряжения. Дерек прав, но разум и сердце борются за власть надо мной. Вспышки кода перед глазами, звуки клавиш, запах кофе – всё это сливается в одно, и я чувствую, как мир вокруг меня начинает рушиться.
– Не могу её потерять, – мой голос звучит хрипло, почти срываясь.
Дерек вздыхает и кладёт руку мне на плечо.
– Мы найдём её, – он говорит тихо, уверенно. – Но сначала ты должен позаботиться о себе.
Киваю, хотя внутренний голос кричит, что я не могу позволить себе отдых. Но я знаю, что Дерек прав. Нужно собраться с силами, чтобы быть готовым к следующему шагу. Закрываю глаза, пытаясь прогнать образы Эммы, но они остаются со мной, как неотступные тени.
– Хорошо, – говорю наконец, чувствуя, как силы покидают меня. – Я пойду домой.
Дерек кивает и уходит, оставляя меня одного в моем маленьком мирке хаоса и отчаяния. Медленно поднимаюсь, чувствуя, как усталость охватывает меня.
Спускаюсь по ступеням, мимо серых стен и тусклых ламп, освещающих узкие коридоры. Выхожу из офиса, и холодный ночной воздух бьёт в лицо. В воздухе витает запах бензина и сырых листьев. Звуки проезжающих мимо машин напоминают о том, что город никогда не спит. Глубоко вдыхаю, пытаясь успокоить себя, но мысли об Эмме не дают мне покоя. В голове роятся образы: её улыбающееся лицо, её смех, её глаза, полные жизни. Теперь всё это может оказаться в прошлом, если я не найду способ её спасти.
На улице прохладно, и я поднимаю воротник куртки, пряча лицо от пронизывающего ветра. Вдалеке слышен гул машин и приглушённые звуки ночного города. Прохожу мимо витрин, отражающих моё усталое лицо.
Моя квартира находится в паре кварталов отсюда, и решаю пройти пешком. В голове будто на стоп-кадр поставлена сцена, где я выгоняю Эмму из своей квартиры. Её глаза наполненные слезами от моих слов. Теперь эти воспоминания кажутся призраками, которые преследуют меня на каждом шагу.
В квартире темно и тихо. Бросаю куртку на кресло и включаю свет. Хаос вокруг оставленный после обыска, отражает моё внутреннее состояние: разбросанные документы, пустые чашки от кофе и ноутбук с мигающим экраном.
Сажусь за стол и начинаю лихорадочно искать информацию. Сознание работает на пределе, анализируя данные, которые могут помочь найти Эмму.
Полночь окутала город тишиной, но в моей квартире нет покоя. Голубоватый свет ноутбука разрезает темноту, отбрасывая причудливые тени на стены. Бессонница стала моим постоянным спутником, а душу терзают тревога и чувство вины.
В который раз включаю репортаж Эммы. Её голос, звучащий решимостью, заполняет пространство, отражаясь от холодных стен. "Сегодня я расскажу вам о пропавших эскортницах," – произносит она с экрана, и я не могу оторвать взгляд от её лица, полного отваги и целеустремленности. Эмма, пылающая внутренним огнем, поражает меня до глубины души.
Когда она упоминает Антонио Марчетти, я чувствую, как внутри поднимается волна ярости. Этот человек – не просто преступник, а настоящее чудовище, держащее сейчас Эмму в плену. В своем репортаже она рассказывает о девушках, исчезнувших после встречи с ним, но закон бессилен перед влиянием Марчетти.
Память услужливо подбрасывает картины нашего разговора в Венеции. Я вижу, как мы гуляем вдоль старинного палаццо, любуясь мерцающими огнями на воде Гранд-канала.
Вспоминаю, как легко я отмахивался от её слов тогда: “Просто один случай из множества”. Эмма говорит о том, что её беспокоит, а я лишь отшучиваюсь, не придавая значения её словам:
"Каждый день по всему миру пропадают люди, в том числе и эскортницы," – небрежно бросаю я, не понимая всей серьезности ситуации. Теперь же, когда Эмма сама оказалась в опасности, я осознаю, насколько был слеп и глух к её словам. Чувство вины разъедает меня изнутри, не давая ни минуты покоя.