Не сводя с меня черных как ночь глаз, она потянулась к кончику ткани на своем пеньюаре и начала медленно стягивать его со своего тела.
Растягивая своими руками момент, Киара изящно оголяла каждый миллиметр, каждый изгиб своего тела, заставляя меня хотеть ее до сумасшествия. Ее тело было усладой для моих глаз, и я готов был принять этот вызов. Завороженно я следил за ее руками, двигающимися по телу. От этой девушки всегда исходил аромат какого-то пленительного соблазна на грани разврата. Когда она была рядом со мной, я мог думать только об одном…
Какой же вкусной она будет в моих руках.
Оставшись в одних трусиках красного цвета и не отрывая взгляда от меня, она продолжила ласкать свое тело. Дотронувшись правой рукой до левого соска, она прикусила губу и закрыла глаза.
Потянувшись к ней, я облизал сосок в том месте, где прошлась ее рука. Не останавливаясь на этом, я начал медленно спускаться вниз по ее телу, оставляя на коже мелкие поцелуи.
Добравшись до так манящего меня местечка, я взял в ладонь ткань трусиков и потянул их на себя.
— Ах…
Её тихий стон не ускользнул от меня. Поглаживая ее бедра руками, я нежно стянул с нее трусики и отбросил их в сторону.
Проводив языком по ее бедру и прикусывая плоть, я наслаждался тем, как она извивалась от моих ласк.
— Посмотри на меня, — произнес я, привлекая ее внимание к моему лицу. — Тебе это нравится, не так ли? — дразнил ее между поцелуями.
Сбившееся дыхание девушки говорило за нее лучше ответа вслух. Скользнув своим языком, я засунул его так глубоко, как только мог.
— Мм…
Блядь, ее стон был таким глубоким, что я еле сдерживался, чтобы не войти в нее сию же секунду. Она была настолько вкусной, что я не мог оторваться, насытиться и напиться ею. Я смаковал каждую эмоцию, момент, как изысканное блюдо.
Доверчиво закинув свою ножку на мое плечо, она нежно потянула меня на себя.
— Не могу больше терпеть, — задыхаясь, прошептала она.
— Так легко ты не отделаешься за свою дерзость… — ухмыляясь, ответил я и легонько укусил ее в шею.
Сексуальное неудовлетворение — одно из самых лучших блюд, которые стоит подавать в горячем виде.
Дотронувшись большим пальцем до ее клитора и нежно поглаживая его, я ввожу в нее один, а затем и второй пальцы.
Ускоряя темп, ощущаю влагу между ее ног.
Остановившись вновь на самом интересном месте, я жажду ее реакцию, желая увидеть, насколько сильно она нуждается во мне.
Приподняв свою голову, она награждает меня гневным взглядом, но раздвигает свои ноги шире. Её неудовлетворение настолько сексуально, что мне становится даже больно.
Страстно целуя ее в губы, я, не останавливаясь, тру большим пальцем по ее набухшему клитору.
Она стонет, когда я переходить на более быстрый темп. Чем быстрее я двигаюсь, тем отчаянней она становится.
— Мм… продолжай… — Она дрожит еще сильнее.
— Тебе хорошо, не так ли? Нравится, когда мои пальцы заполняют тебя, да? — не сбавляя темп, говорю я. — Черт возьми… Ты такая мокрая, детка, для меня? — Просовывая пальцы глубже и двигая большим быстрее, я уже и сам был на грани.
Ощутив, как её тело сотрясается и сжимается вокруг моих пальцев, Киара выгибает спину, когда я в последний раз просовываю пальцы внутрь.
Ох, дерьмо.
— Остановись! Стой, я не выдержу больше… — выдыхает она. — Просто… не… двигайся…
Я подождал несколько секунд, пока ее дыхание не восстановилось. Я не виню ее, это был сильный оргазм. Медленно достав пальцы, я пробую её на вкус, пока она смотрит на меня своим затуманенным взглядом.
Выпрямившись и встав с кровати, я медленно стянул с себя рубашку и, опустив руку к ширинке брюк, расстегнул их. Вытащив из кармана презерватив, я бросил его на кровать, а затем снял с себя брюки и белые боксеры от Версаче. Приблизившись к кровати, я снова прилег, нависая над лежащей девушкой.
Взяв меня за волосы и потянув мое лицо к своему, дотронувшись до моих губ, она оставила жадный поцелуй.
Я не мог больше сдерживаться.
Откинувшись назад, я беру в руку член, поглаживая его и наблюдая за ней.
Её глаза горят, пока она смотрит на меня.
Я провожу рукой по нему еще несколько раз, затем беру презерватив, лежащий на краю кровати, и, поднеся его к губам, разрываю упаковку зубами.
— Наденешь? — доверяю я ей.
Протянув свои тонкие руки к моему затвердевшему до боли члену, она нежно проводит своей ладонью по всей его длине. Взяв из моей руки презерватив, она быстро раскатывает латекс по всему члену.
Положив руки мне на плечи, а затем переведя одну руку на затылок, она сжимает мои волосы и страстно впивается своими губами в мои.
Не желая ждать ни секунды больше, я перехватываю ее за шею и, опуская на кровать, проскальзываю в нее. Она стонет от удовольствия, когда я толкаю его внутрь, а затем останавливаюсь, чтобы дать ее телу привыкнуть к моей толщине.
Проклятие, она такая мокрая!
Мы оба задыхаемся, когда я прижимаю свои губы к ее шее и вхожу в нее с каждым толчком все глубже и быстрее. Сделав сильный и долгий толчок, она тянется за спинку кровати с такой силой, будто бы сейчас сломает ее.
Я чувствую ее дрожь, ощущаю, как сжимаются ее бедра, чувствую, как она извивается подо мной, чувствую, но не перестаю наслаждаться ее телом, ее запахом и сладким вкусом. Звук тяжелого дыхания и потных тел, бьющихся друг об друга в экстазе, чертовски прекрасен.
Сжав ноги вокруг меня, она обхватывает мои плечи, зарывая свои ногти мне в спину.
Жгучая боль остается от ее следов, но меня это еще больше возбуждает.
— Матео… — стонет она. — Не останавливайся… — Издав крик она кладет свою руку на губы, чтобы заглушить свои стоны.
Я и не собирался останавливаться…
Спинка кровати ударялась о стену каждый раз, когда я делал толчок в нее, кусая при этом ее за шею.
— Кричи для меня, детка. Я хочу тебя слышать. — Тяжело дыша, я убрал ее руку с губ.
Чем громче она стонала, тем сильнее я ее трахал. Слишком долго я ждал этого момента и теперь должен был удостовериться, что она не забудет, как мой член заставляет ее кричать. Она сжимает одеяло под собой и стонет, когда я дотрагиваюсь до ее клитора и играю с ним.
Проклятие!
Она была настолько горячая, что я мог извергнуть свой заряд прямо сейчас. Блять. Это слишком хорошо, чтобы останавливаться. Мне надо продержаться еще настолько, насколько смогу.
Положив свои руки мне на грудь, она попыталась меня оттолкнуть. Вытащив член из нее и присев, она тут же поднялась на локтях и прижалась ко мне своей грудью. Приподнявшись, она перекинула ногу через мои бедра и села сверху на мой член, отчего с моих губ вырвался стон. Положив руки ей на бедра, я закрыл глаза, пока она ездила на мне вверх-вниз.
Изначально я хотел доставить ей медленное, нежное удовольствие. Мне хотелось заниматься с ней любовью, чтобы она чувствовала мое истинное отношение к ней. Не знаю, поняла ли она, что я не играю с ней и не собираюсь жестко трахать ее, но она снова начала тянуть меня за волосы и покусывать меня за ухо.
— Возьми меня, Матео, — задыхаясь, произнесла она.
— Черт возьми, ты сама попросила об этом, — взяв ее за подбородок, произнес я и лег на спину. Схватит ее бедра обеими руками, я начал жестко насаживать ее на себя, набирая темп.
Откинув голову назад она наслаждалась, когда я с каждым толчком насаживал ее на себя все глубже и глубже. Почувствовав, как она приближается к оргазму, я резко схватил ее талию и, не выходя из нее, бросил на кровать нависая над ней. Мои движения ускорялись, и я ощущал, как она начинает дрожать.
Она уже близко, чтобы кончить.
Наши губы встречаются, и я жадно впиваюсь в них, когда с новым толчком довожу ее до оргазма. Отрываясь от моих губ, она громко стонет. Облизнув ее нижнюю губу, я тянусь к шее и прикусываю ее, когда последний раз врезаю свой конец глубоко в ее пульсирующую плоть. Закрыв глаза, я кончаю настолько глубоко, насколько это реально. Хорошо, что у меня был с собой презерватив, иначе мне пришлось бы отказать себе в этом безумном экстазе.
Пролежав на ней несколько секунд и переведя дыхание, я вытащил свой член и, сняв с него грязный презерватив, скинул с кровати. Все это время она наблюдала за каждым моим движением своим загадочным взглядом, не произнося ни слова.
Я ждал, когда она выставит меня за дверь, но она молчала. Мне хотелось провести эту ночь с ней. После Фабианы ни одна женщина не оставалась в моей постели на ночь, и сейчас я не собирался уходить, если только она сама не собиралась попросить меня об этом.
Поэтому, потянув к ней руки и приподняв к себе, я слегка расправил одеяло и укрыл ее.
— Мне остаться? — не выдержав ее молчания, спросил.
— Если хочешь, — произнесла она, приподнимая свое одеяло и приглашая меня к себе.
Повторив за ней, я придвинулся к ней ближе, обнимая ее. Положив свою голову мне на грудь, она еле слышно вздохнула.
Мы долго молчали, наслаждаясь моментом.
И когда я понял, что она заснула, произнес:
— Кажется я влюбился в тебя.