— Что будешь с ними делать? — почти хором произнесли они.
— Пока не знаю. Для начала следует добраться до дома.
Вскоре к нам вернулся Матео, и мы разъехались по домам. Положив букет от Лайонела на стол рядом с вазой цветов от Матео, я приняла душ и легла в кровать в ожидании своего мужчины. Этой ночью мы не занимались сексом. Каждый из нас думал о чем-то своем. Пожелав друг другу хорошей ночи и обнявшись, мы уснули. Точнее будет сказать, он уснул. Мне же покоя не давали навязчивые мысли.
Чертов Лайонел!
Его сегодня не было на уроке, так откуда он узнал?
Как только я задала себе этот вопрос, в моей голове тут же всплыл ответ, сказанный когда-то самим Лайонелом: «От меня невозможно что-либо скрыть, куколка».
Не знаю, когда именно я уснула, но утром я проснулась в разбитом состоянии. Приготовив завтрак для Матео, я ополоснулась, и мы поехали в театр. После класса вывесили афишу на этот месяц и списки с составами. У меня глаза на лоб полезли, когда я увидела кучу балетных спектаклей в ноябре. Хулио объяснил это тем, что оперная труппа нашего театра уезжает на гастроли в другую страну и теперь мы будем заполнять их пробелы в афише. За весь месяц нас ожидают всего пять выходных. Ужас! Опять ни на что не будет хватать времени!
Два «Лебединых» подряд с двенадцатого ноября и потом еще два в конце месяца. «Жизель», «Дочь фараона», «Легенда о любви», «Манон», два «Корсара» и два спектакля «Спящая красавица». Оторвав свой взгляд от афиши, я начала просматривать списки.
Моя фамилия была написана вторым составом на «Корсар» в солистке невольниц и на «Спящую» в па-де-де голубой птицы и принцессы Флорины. Ничего себе, у Альваро наконец-то мозги встали на место или он потом снова собирается отобрать у меня партию?
Да уж… впереди нас ждет очень много работы. Чувствую, что репетиции начнутся уже через день. Осталось мало времени, и его нужно провести с пользой. И для начала хорошо бы выспаться. Поэтому первым делом, когда я вернусь домой, будет сон.
«Корсар»
На вчерашний спектакль я пришла к третьему акту, потому что была занята только в нем. Когда меня не выписывали в невольнице, спектакль был для меня самым легким, и я совершенно не волновалась перед выходом на сцену.
Мое место в «Оживлённом саду» было в последней линии кордебалета, я сама его выбрала, когда мы расставлялись на репетиции. Почему я выбрала последнюю линию? Да все просто, я всегда считала, что не создана для кордебалета, и, так как мне пока что не удалось вырваться вперед, я решила для себя, что лучше спрячусь от всех с глаз долой. К тому же напрягаться мне особо не хотелось ради массовых танцев, а это место было, грубо говоря, настолько легким в плане движений, что, как бы ты там ни старался, ты не мог проронить даже каплю пота.
Вчера состав исполнителей отличался от сегодняшнего. Если учесть этот факт, то можно смело предположить, что еще одной причиной моего прихода не к началу спектакля был кто-то. Именно этого «кто-то» я наотрез отказывалась видеть после своего дня рождения, хотя мы часто виделись в дневное репетиционное время. Он абсолютно не реагировал на меня, как будто бы я для него и вовсе была невидима. Меня иногда это раздражало, но я понимала что это к лучшему. Зачем мне лишние проблемы, все и так еле-еле утряслось.
Полностью одетая в костюм и головной убор неоново-желтого цвета, я проверяла некоторые моменты из своего танца, находясь на сцене. Рядом со мной также разогревались некоторые артисты. Хавьер, готовящийся к выходу в роли Бирбанто — корсара и друга главного героя, — из-за своего грима и костюма напоминал мне Уилла Тёрнера из серий фильмов о «Пиратах Карибского моря».