— О… интересное было бы зрелище, — произнесла я, затем добавив: — Это было незаметно для зрителя, к тому же ты бы то же самое сделал бы для меня.
— В том то и дело, что это мы, партнеры, должны помогать и поддерживать вас, девчонок, а не наоборот, — улыбнувшись, произнес он, ложась рядом со мной.
— Да ладно, Энрике. На сцене может произойти все что угодно. Тебе ли не знать об этом? — сказала я.
— Ты права, — произнес он. — Ох, как же хорошо лежать, — закрыв глаза, пробубнил он.
— Не засыпай только, у нас еще мазурка, — произнесла я, закрывая глаза.
— Угу.
Закрыв глаза я, напрягла свой слух — мы должны были встать, когда начнется кода принца и принцессы. Я так старалась не засыпать, что в итоге все же уснула. Разлепить глаза нам помогли голоса.
— Ребят, мазурка начинается.
Открыв глаза, я увидела Изабель.
— Энрике, поднимай свою тощую задницу, — произнес Лайонел, слегка пиная его руку.
Увидев их перед собой, я тут же соскочила и в ужасе воскликнула:
— Мы опоздали? — спросила я у Изабель.
— Нет, сейчас корда только вышла, — ответил мне Лайонел.
Энрике поднялся, и мы побежали на свой выход. Конечно, мы не опоздали, но все же это был страшный момент.
На поклонах зрители встали со своих мест, стоя аплодируя нам. Отходя назад, Изабель, подбежав к первой кулисе, пригласила на сцену дирижера. Как только он вышел, аплодисменты теперь были от артистов. Перед закрытием занавеса на сцену вышли три билетерши. Две из них подарили букеты цветов ведущим артистам, а третья подошла ко мне и вручила мне букет из белых роз. Когда занавес закрылся, я уже собиралась быстрее оттуда сбежать, но окликнувший меня Альваро заставил остановиться на полпути к выходу. Закатив глаза и выругавшись про себя, я обернулась.
— Что это за выходка сегодня была? Я тебе помогаю, а ты плюешь мне в лицо? По итогу ты вышла и ничего не сделала о том, что я тебе говорил. Моя помощь псу под хвост! — яростно кричал на меня руководитель.
Придумав уже мысленно, что ему ответить, я открываю рот, как вдруг мне на плечи ложится чья-то рука, прижимая мое тело и лицо к своей груди.
— Альваро, не придирайся так сильно. Сегодня был чудесный спектакль, и все постарались на славу. Может, лучше выпьем?
Голос Лайонела над моим ухом прошелся разрядом тока по всему моему телу. Моя кожа покрылась гусиными пятнами, и я почувствовала, как его ладонь начала поглаживать мое плечо. Все это было неправильно, меня бесил Альваро и раздражало поведение Лайонела, нужно было бежать. И причем со всех ног.
— Лайонел, ты, как всегда, взорвал сегодняшний зрительный зал.
Дождавшись ответа руководителя, я резко вынырнула из-под руки Лайонела и, бросив «До свидания», побежала со всех ног.
Переодеваясь, девочки в гримерной вовсю разглядывали подаренный мне букет. Сегодняшний день был окончен. И я была безумно этому рада. Цветы от Матео дали почувствовать себя счастливой, но мое счастье длилось не так долго, как я думала. Выходя из театра, на меня снова напал перенесенный мною стресс от Альваро, и теперь я должна была учиться скрывать от своих близких свои переживания.
Черт! Он что, издевается?
Перечитывая эсэмэс в чате нашей труппы о сегодняшнем собрании в 10:30, я мысленно проклинала Альваро. За всю свою жизнь я еще никого так ненавидела, как этого человека. Когда он вымещал на мне всю свою злость, я мысленно представляла, как перерезаю ему глотку голыми руками.
Вспоминая о своем расследовании, я понимала, что зашла в тупик. Все, что мне рассказала Эва, было недостаточно для полной картины, а искать информацию дальше я просто не представляла у кого. С Раулем я не желала общаться от слова «совсем», учитывая, где и как он оказался в прошлом. У Матео спрашивать был вариант не лучше: если я начну задавать ему вопросы, то у него появятся подозрения. Даниэллу я вообще не имела права впутывать, особенно после того, через что ей пришлось пройти. Оставалась только Сандра, но как её поймать и поговорить с ней наедине, если она всегда ходила либо со своей свитой, либо с парнями из элиты.