— Нет, да, вы правы. Возможно, Хулио забыл внести мою фамилию, поэтому я пришла сама, — смотря ему в глаза без страха, ровно произнесла я.
— Ты смеешь нарушать мои правила? Кто ты такая, чтобы делать всё что вздумается? — шагнув ко мне ближе, процедил он.
— Артистка, которая устала ждать вашего благословения, — произнесла я.
Альваро рассмеялся, чем и привлек внимание всего зала. Пилар, видя, что назревает конфликт, боялась лишний раз встревать и не остановила урок. Я видела, как она пыталась мне помочь, прижимая свой палец к губам. Я была благодарна ей за это, но я слишком устала бояться.
— Пошла вон, — спокойно сказал он и, увидев, что я глазом не моргнула, гаркнул на весь зал: — Вон отсюда!!!
— Нет, — спокойно ответила я.
Он озверел на глазах. Схватив и сжав до боли мою руку, он поволок меня через весь зал. И когда мы проходили мимо Пилар, я резко дернулась всем телом назад и вырвала руку из его хватки. Концертмейстер тут же остановился.
— Дон Альваро… — громко произнесла я. — Прошу вас, не судите меня строго. Признаю, это моя вина, я не должна была приходить на урок без приглашения. Но я просто не смогла себе отказать. Ведь это моя мечта — танцевать на сцене Паситано Лирика. Каждый из нас добивался непосильным трудом быть здесь. Можете меня выгнать, но это не изменит моего стремления отдаться всецело своей профессии, — глядя ему в глаза, произнесла я.
Не отрывая своего взгляда от его лица, я гордо стояла перед ним, ожидая своей участи. Его покрасневшее лицо от злости вот-вот могло взорваться. И честно говоря, я ожидала от него всё что угодно. Но вот чего именно я не ожидала, так это аплодисментов от Иржи Килиана. Звук хлопков, исходивший от постановщика, заставил меня моментально перевести на него взгляд. И, встретившись с ним, я увидела его улыбку на лице и поднятый большой палец вверх. Иржи Килиан молча дал мне понять, что я молодец. А я не могла показать ему своих эмоций в данную минуту, и все, что смогла себе позволить, это одиночное подёргивание угла нижней губы.
— Пошла вон. — Услышав голос руководителя, я повернула голову в его сторону. — Хулио, выведи эту нахалку из класса.
Вставший со скамейки Хулио медленно двигался в мою сторону.
— Она остается!
Услышав твердый мужской голос, я уже знала, кому он принадлежит.
Альваро сию минуту метнул свой взор на Лайонела.
— Не понял? — произнес он, обращаясь к артисту.
— Киара, вернись к своему месту. Мы продолжаем урок, — произнес Лайонел, добавляя: — Прошу прощения, сеньора Пилар.
Не поднимая взгляда на руководителя, я вернулась на свое место.
Не знаю точно, что было дальше. Но комбинацию плие я не смотрела, и когда вставала в позу, Альваро в зале уже не было.
Его я не боялась от слова «совсем», даже если после моей выходки сегодня он захочет меня уволить. А вот кого я точно сейчас боялась, так это Матео. Я, так же как и он, не понимала, почему Лайонел за меня заступился, но я знала, что Матео не оставит это просто так и будет копать, пока не доберется до правды.
Середину мы сделали быстрее, чем станок. Из-за моей перепалки с Альваро урок сократился на пятнадцать минут. А это означало, что некоторые движения придется пропускать. После прыжков Пилар задала большое вращение. По две группы на девушек и мужчин. Вставая на фуэте во вторую группу, я поднялась наверх и начала вращение по центру. Фуэте на полу пальцах — самый извращенный способ вращения. На пуантах намного легче вращаться, и икроножная мышца не так сильно забивается. Начав с двойного и также закончив им, я остановилась в позе на полу пальцах, а затем отошла в сторонку, мысленно радуясь чистой работе.
В конце урока Иржи Килиан, поблагодарив всех, озвучил фамилии тех, кто ему пришелся по вкусу. И сказал, что будет ждать нас через полчаса в малом зале. После чего он вышел из класса. Все артисты проводили его восторженными аплодисментами. Вернувшись к своему месту, я планировала поговорить со своим мужчиной, но, увидев, что его нет, я начала оглядываться по всему залу, пока мой взгляд не упал в угол, где стояли мой мужчина и Лайонел. Постепенно все артисты выходили из зала, и теперь я могла отчётливее слышать голос Матео.
— Что это было? — спросил он своего друга.
— О чём ты? — переспрашивал его Лайонел.
Мда… походу, выяснение отношений…
Не пора ли мне тоже выйти из зала со всеми?
Подхватив вещи в руки, я быстро смешалась с толпой и вышла из зала. Дойдя до лифта, я спустилась до гримерной и, только зайдя в неё, смогла немного расслабиться. У меня оставалось еще полчаса до встречи с постановщиком, и оставаться в гримерной сейчас было лучшим моим решением. Через некоторое время в гримерную зашли Юна и Беатрис. Юна вовсю интересовалась у Беатрис, как прошел наш урок. Беатрис рассказала обо всем, кроме нашего с руководителем инцидента, запнувшись на полуслове и задержав на мне свой взгляд.
Всем, кто находился сейчас в гримерке, крупно повезло, что никто из нас не был голым и не переодевался, потому что спустя пару минут после окончания рассказа Беатрис к нам в комнату без стука ворвался Альваро.
— 젠장! — с визгом произнесла Юна.
Мы с Беатрис замерли, словно каменные статуи. Альваро тем временем спокойно зашел к нам, закрыв дверь за собой. Юна, походу, вовсе забыла испанский язык и тихо бубнила себе под нос что-то на корейском. Я чувствовала, как Беатрис дрожала всем телом, и, стоя сейчас с ней вплотную рукой к руке, я осторожно дотронулась своими пальцами до её тыльной стороны ладони и погладила, успокаивая.
— Дон… Альваро… нам… выйти? — заикаясь, медленно спросила она.
— Нет, останьтесь. Вам полезно будет это послушать, — ответил он на её вопрос, всё еще сверля меня своим злобным взглядом. — Сегодня ты не только показала себя непослушной нахалкой, нарушив театральные правила, но ещё и осмелилась выказать мне неуважение, опозорив меня перед гостем. Если ты думаешь, что наказание за свою дурость ты не получишь, то очень ошибаешься. То, что он выбрал тебя, не означает, что ты будешь участвовать в постановке. Завтра он вернется обратно домой, а ты останешься тут, осознавая, ради чего ты себя унизила. С сегодняшнего дня я снимаю тебя со всех спектаклей до конца сезона. Надеюсь, ты поймешь всю масштабность своего наказания, — произнес он и вышел из гримерной, громко хлопнув дверью.
— Блять!!! Какого хера, Киара? На хрена ты это выкинула? — не выдержав, вспылила Беатрис.
— Киара, что это было? Почему руководитель сюда пришел? — тихо произнесла Юна.
Снова открывающаяся дверь заставила нас всех подпрыгнуть на месте, и только когда показалась голова Эвы, мы расслабились.
— Ядерная война началась? Или есть другие причины, по которым Альваро выскочил из нашей гримерки как ошпаренный? — заходя, спрашивала она.
Я видела, как Беатрис повернула голову в мою сторону и, подняв руку, молча указала на меня.
Закатив глаза, Эва прошептала:
— Боже всемогущий, скажи, что он тебя не уволил?
— Я удивлена, что он её не выкинул отсюда после того, что она выкинула сегодня на уроке, — ответила за меня Беатрис.
— На уроке? Ты пошла туда, зная, что тебя нет в списках? — с ужасом на лице уточнила Эва.