Когда наш танец заканчивается, Коррехидор спрыгивает с бутафорских деревянных ворот и призывает Хозе. Теперь нас четверо на сцене, и мужчины начинают выяснять отношения. Меняя позу, я подбегаю к Хозе, кладя ему свою руку на грудь, и, когда он пытается прижать ее своей рукой, убираю её и отхожу от него, поднимаясь наверх в центр. Они продолжают выяснять отношения, а я медленно спускаюсь между ними вниз к зрителю и обнимаю себя руками. Остановившись и посмотрев на Хозе, я вытягиваю правую руку и увожу её в сторону Тореро, давая понять первому, что выбираю второго. Обойдя Тореро, я ухожу в его сторону, и, поворачиваясь в мою сторону, он не даёт Хозе пойти за нами. Хозе возвращается к Коррехидору, не слушая его предостережения: он не желает расставаться с любимой женщиной и дезертирует. Коррехидор скрывается в темноте.
Восхищенная и пораженная поступком Хозе ради меня, я снова чувствую свою влюбленность и готова вновь дарить ему свою любовь. В этот момент я подбегаю к нему, и у нас начинается любовное адажио. Лайонел тоже переодел свой костюм, и теперь на нем алая рубашка с чёрными точками, завязанная спереди на узел. Под конец на сцене происходит вырубка света, и, пока звучат аплодисменты, монтёры расставляют по авансцене четыре высоких стула с прозрачными спинками. Я стою по центру и судорожно дышу, собираясь мыслями на сцену с гаданием.
Луч света снова направляют на меня; разложив перед собой вымышленные карты, я вытягиваю ногу вперед на них и, согнув корпус вперед, открываю каждую из них, указывая стопой в сторону стульев по порядку. Вместе с моими движениями поочередно световики направляют лучи на сидящих на стульях людей. Сначала Коррехидор, затем Хозе, дальше пустой стул и, наконец, Тореро. Подкравшись сзади меня, Рок переворачивает мои руки, показывая мне мою смерть, которую совершит присутствующий на сцене человек, если я сделаю неправильный выбор. Но Рок лишь предостерегает меня, не показав мне моего убийцу.
Я принимаю игру со смертью, потому что веду каждодневную борьбу за свою свободу со всеми, кто посягает на неё. Моё стремление к свободе чувства, мысли, поступков приводит меня к конфликту с самой собой. Нельзя жить правдой чувства среди людей, которые не следуют логике чувства.
С нарастающим звучанием струнных инструментов начинается сцена последнего танца в спектакле. Снова играют колокола и барабаны, но теперь уже на веселой ноте. Свет на сцене полностью включается, и зритель видит, как работники табачной фабрики сидят на стульях сверху над ареной, среди них сбоку стоит Коррехидор. Первой на сцене появляется Рок в образе Быка, за ней следом из-за ширмы появляется Матео. Тореро начинает демонстрировать своё блестящее мастерство на арене для боя быков. Ему противостоит существо, в котором образ злого Рока и быка соединены воедино. Выходя на сцену, я с восторгом наблюдаю за ним.
Появившийся следом за мной Хозе требует и умоляет меня вернуть ему любовь. Но его слова, которые он выражает посредством своего танца для меня, звучат как принуждение и насилие над моей волей. И я резко отвергаю его, посмотрев ему в глаза с холодом, и, махнув рукой, отхожу от него. Дойдя до угла снизу, я поворачиваюсь на Матео, который стоит на другой стороне в диагонали ко мне и раскрывает руки в стороны, призывая меня к себе. Радостно улыбаясь, я начинаю бежать к нему, но меня перехватывают. Подняв глаза на Лайонела, я показываю ему свою нежную улыбку, а затем опускаю свой взгляд вниз на его руку. Поняв, что Хозе вонзил в меня кинжал, я отхожу от него и начинаю смотреть на зрителя. Найдя своим взглядом выбранного мною мужчину, сидевшего по центру, я встаю в начальную позу и пытаюсь улыбнуться ему, но мои силы покидают меня, и я бросаю весь корпус вниз в момент, когда чувствую мужские руки на своей талии. Закрыв глаза, я умираю, когда Лайонел опускает моё тело на пол. Под шум бурных аплодисментов занавес закрывается.
«Судьба Кармен, как судьба тореро и быка, всегда на грани жизни и смерти».
После поклонов почти каждый артист поздравил меня с премьерой. От зрителя я получила два букета цветов. Белен предложила мне сходить после спектакля посидеть где-нибудь и отпраздновать премьеру. Альваро не пришел на сцену, чему я была очень рада.
Когда нас заставили покинуть сцену, чтобы монтеры смогли подготовить её к следующему спектаклю, все разошлись по гримерным. На сцене оставалась только я, и за кулисами на некоторое время отключили свет.