Зайдя за кулису с мужской стороны, я пыталась нащупать свою бутылку воды, когда недалеко от меня включилась неоновая синяя лампочка и раздался голос.
— Не это ли ты ищешь? — произнёс Лайонел, крутя в руках мою бутылку с водой.
— Отдай, пожалуйста. У меня жажда, — произнесла я, протянув к нему руку.
— Жажда? Хорошо, забирай, — произнес он, снимая крышку с бутылку и начиная выпивать всё содержимое.
Быстро подойдя к нему, я вырвала бутылку из его рта, но она уже была пуста.
— Подонок… — процедила я сквозь зубы и, взяв его за рубашку, потянула на себя, впиваясь своими губами в его.
Почувствовав немного воды на своём языке, которая смягчила моё сухое горло, я уже собиралась оторваться от него, как он прижался ко мне сильнее, обхватив моё лицо руками. От его напористого поцелуя я возбудилась почти сразу.
— Всё в порядке, куколка? — Его голос раздался где-то над ухом. — Кивни, если да.
Слова вывели меня из оцепенения и возбуждения. Противоречивые ощущения рвали меня на части, лишая рассудка и заменяя его животной похотью.
— Почему ты сопротивляешься? — приближая своё лицо к моему, произнес он.
— Лайонел… пожалуйста… перестань, — произнесла я, стараясь держаться изо всех сил, когда он опустил свою руку мне на бедро.
— О чём ты меня просишь, куколка?
Чувствую, как его рука сползает мне между ног. Легкая ткань купальника, через которую я чувствую горячую ладонь, начинает разрывать моё тело от искр, рассыпающихся по моей коже, проникающих в кровь и воспламеняющих её.
— Я…
Запнувшись в словах, я тянусь своей рукой к его и пытаюсь убрать её, но он отбрасывает мою руку и легким движением руки отодвигает купальник и проникает пальцами внутрь меня.
— Ах… — слышу свой слетевший с губ стон и голос над моим ухом:
— Я хочу тебя. А что хочешь ты? — произносит он, ускоряя темп.
Понимая, что у меня больше нет сил сдерживаться, я резко отшатываюсь от него и яростно, с горящими от страсти глазами смотрю на него. Слева от него я замечаю стул с подушкой. Подняв руку к его груди, я надвигаюсь на него, заставляя отходить его назад. И когда он останавливается рядом со стулом, я произношу:
— Садись!
— Смеешь мне приказывать? — произносит он, подходя к стулу и разглядывая его.
Осмотрев его и повернувшись ко мне, он собирается снова что-то съязвить, но не успевает открыть рот, когда я толкаю его назад, и он буквально падает на этот стул. Не давая ему сделать какое-либо неверное движение, я резко подхожу к нему и сажусь сверху на его бедра. На секунду я замечаю в его глазах удивление, которое он тут же прячет под своими ледяными глазами.
Прижимаюсь своими губами к его, пока моя рука блуждает по его красной рубашке, попутно опускаясь на трико и нежно поглаживая.
Приподняв свои бедра, я усаживаюсь на него еще ближе.
Нас разделяет лишь ткань костюмов. Двигая своими бедрами, я начинаю имитировать секс и чувствую, как мой купальник вовсю намок.
Просунув свои пальцы снова в меня, он начинает растирать мой клитор своим большим пальцем. Отрываясь от его губ, я начинаю стонать, прикрывая себе рот рукой. Он прижимает свои губы к моей шее и начинает до боли кусать её, опускаясь на голые плечи. Он смотрит прямо на меня, и его глаза блестят по-волчьи, с удовлетворением и азартом, а затем он усмехается.
— Ты мне нужен, черт возьми! Сейчас же! — в приказном тоне произношу я и, схватив его рубашку двумя руками, в ярости разрываю.
Красные пуговицы летят во все стороны.
Он явно не ожидал от меня таких всплесков эмоций, думал, я начну огрызаться и играть с ним.
Я уже сыта этим по горло! И если я чего-то хочу, я это возьму.
— Наконец-то ты перестала бороться с самой собой, — спрятав свое удивление, произнес он.
Приподняв мои бедра и засунув руку в трико, он вытащил оттуда свой твердый, большой член и, отодвинув мой купальник, резко насадил меня на себя. Услышав мой крик от боли, он заткнул мой рот своим, давая мне возможность привыкнуть к нему внутри.
Моё возбуждение нарастало, и, положив ему руки на плечи, я начала постепенно двигаться сама. Мне казалось, что наше тяжелое дыхание слышно по всей сцене. И нас спасала только темнота в углу. Схватив меня за бёдра, он начал жёстко насаживать меня на себя, набирая темп.
— Ты же не думала, что всё будет так просто? — сквозь тяжелое дыхание прошептал он.
Боль от его члена приносила мне неиссякаемое удовольствие, заставляя меня извиваться на нём и громко стонать. Сильные и жёсткие толчки уносили меня за пределы реальности. С каждым проникновением я стонала всё громче.
Взяв его за шею, я сжала её, пытаясь его задушить, и в его взгляде увидела бушующий огонь, а на его лице расплылась хищная улыбка. Выгнув спину и подчиняясь ему, я хрипела от наслаждения, всё ещё сжимая его шею под своей рукой, пока он быстро и грубо насаживал меня на себя.
Отбросив мою руку, он взял меня за бедра и встал со стула, удерживая меня на весу.
Опустив меня на ноги, он отшвырнул от себя стул, и тот упал с грохотом.
— Что, чёрт возьми, ты делаешь? Нас же слышно! — яростно произнесла я.
Молча он схватил меня за талию и прижал к стене. Задрав мою ногу, он жестко вошел в меня. Пустота моей плоти снова наполнилась его присутствием. Подхватив мою вторую ногу, он прижал меня еще ближе к стене, и мои ноги теперь свисали на его локтях.
Я уже давно поняла, что адреналин в сочетании с прикосновениями меня заводит, и Лайонел это знал.
А в данную минуту адреналина хоть отбавляй. И прикосновений тоже.
Впиваясь ему в губы, я пытаюсь заглушить свои стоны, но разве их можно теперь заглушить?
— Нет, куколка… Я хочу, чтобы тебя слышал весь театр, — задыхаясь, произносит он мне в губы.
Остановившись, Лайонел почти выходит из меня, а затем резко входит до упора. Снова почти выходит и опять вгоняет член полностью.
Глубоко. Грубо. Ненасытно.
Прижимаясь лицом к его шее, я начинаю громко стонать.