Я больше ничего не чувствовала. Никакого психоза и стресса. Видимо, моя последняя нервная клетка убежала, сверкая пятками. Кажется, я начала сходить с ума еще задолго до того, как пришла в этот театр, просто тогда это происходило очень-очень медленно. А сейчас включился какой-то ускоритель… Я начала забывать многие вещи из-за постоянных срывов на нервной почве. Самый сильный заряд я получила, ещё когда Альваро меня вызвал на сцену перед «Спящей! но на самом деле, мне кажется, это произошло ещё раньше. Чёртова старуха была права, когда раскладывала карты. Смешно! Я ведь ей тогда не поверила. Возможно, вспомнив об этом чуть раньше, я бы уверенно назвала бы Роком ворвавшегося так внезапно в мою жизнь Лайонела, но сейчас я понимала, что этим Роком являлась я сама.
Может быть, наше прошлое — это якорь, который тянет нас обратно вниз? И может, нам стоит отбросить все сомнения и быть тем, кем мы являемся изначально? Не пряча свою сущность?
Когда врач сообщил мне диагноз, я совсем не плакала. Ни одна слезинка не скатилась по моему лицу. Я просто молча улыбалась и смотрела в окно. Предпосылок к болезни не было, и даже за один год невозможно было заболеть чем-то таким серьёзным. Мы долго разговаривали с врачом на эту тему. Я думала, что меня больше нельзя чем либо удивить, но когда он сказал возможную причину, я была в таком шоке, что молчала целый час, если не больше. Никак не могла поверить, что рак щитовидной железы мог возникнуть в результате моей собственной ненависти к шее, в которой меня убедило начальство. Альваро заставил меня поверить в это, и я поверила.
Идиотка!
Слишком поздно, чтобы пытаться вернуть свой статус, расположение педагогов и «подружиться» с Альваро, всё уже и так на большой скорости скатилось в пропасть. Я никогда не думала о своём здоровье, а теперь его нет.
Сцена поглотила меня. В какой-то момент я решила, что нужно просто плыть по течению, но даже так всё рушилось как карточный домик. Я не заметила, как начала смотреть в бездну, а она, в свою очередь, на меня.
С самого начала Альваро заприметил меня в роли своей мишени, а я продолжала верить, что смогу бороться с ним. В Валенсии я тоже психовала, что меня не поднимали до солистки, но там руководителю в принципе было плевать на всех, он выделял лишь любимчиков, что подлизывались к нему. С приходом в Паситано мои психозы с каждым разом становились всё сильнее и сильнее, пока окончательно не добили меня. Никто не мог меня поддержать, защитить, никто не пытался по-настоящему понять…
В их глазах я видела трусливых людей, которые знали лишь слово «терпи». Они и представить себе не могли, как Альваро меня доводил. Это было до болезни и продолжается сейчас. Я всегда задавалась вопросом: «Что сделает человек, если у него не останется выбора?» У меня всегда был выбор, но я была слишком слепа. Настолько слепа, что позволила этой твари завладеть моим разумом и по итогу возненавидела саму себя.
Депрессия, которая началась у меня ещё в марте, совсем измотала меня. Пролежав на больничной койке неделю, я наивно верила, что эта болезнь всего лишь сон. В детстве я умела справляться со стрессом многочисленными порезами и ожогами воска на ладонях. Еще тогда я поняла, что нахожусь в этом мире одна и никому не нужна. И мои детские мечты рассыпались сейчас в пух и прах. Всё, о чем я мечтала, во что верила, ничего из этого не вышло.
Мысли о суициде посещали меня чаще, чем мысли о еде или сне. Тело перестало меня слушаться, тем временем вторая стадия рака продолжала поражать разные органы. Каждый день к старым болям прибавлялись новые, но они не имели для меня значения. Я так и не передумала насчёт лечения, продолжая внушать себе, что всё это лишь в моей голове.
Феникс на моей спине возродит меня, как всегда, и я обязательно снова буду счастлива.
Если что-то должно произойти, оно в любом случае произойдет, хочешь ты этого или нет.
Я не представляла жизни без сцены. И сейчас я спокойно принимала свою участь. Эмоциональное выгорание и психическое истощение сделали своё дело. Теперь я призрак, который просто существует. Сейчас я ничего не хочу и смысла в своей жизни не вижу. Теперь мне плевать на всё, что происходит вокруг, ведь я успела и постоять на краю пропасти, и свалиться туда.
На театр мне тоже глубоко насрать. Даже то, что раньше приносило мне счастье, не приносит мне больше радости и никаких положительных эмоций. Одно есть точно. Абсолютное нежелание находиться там. Как же сильно я цеплялась за всё это! Как сильно старалась понравиться ему. Альваро — редкостный мудак, но не единственный в своём роде. В каждом театре есть такие люди, как он.
Потеряв действительно самое ценное, что у меня было, я наконец-то осознала, что оно того не стоило. Мне снова придётся учиться жить заново. Одной, в спокойствии. Я не вижу смысла держать рядом с собой ненужных мне людей. Только я смогу поднять себя и жить дальше, если найду интерес в том, чтобы жить.
Тяжело смириться с тем, что не всегда получается достичь того, что мы желаем. Иногда приходится принять тот факт, что жизнь продолжает идти своим чередом. Может, это и есть так называемая судьба?
Как же больно осознание этого.
Есть ли смысл продолжать бороться дальше? Доказывать? Просчитывать? Терпеть?
Быть может, я жажду умиротворения? Заснуть и не проснуться. Быть может, это самый лучший вариант.