Я медленно подошла к центру и встала рядом с двумя девушками.
— Смотри, ты делишь центр между мной и Аной, — сказала Фабиана. — Можешь сесть на любое удобное тебе колено, руки в третью позицию. По бокам от нас будет лежать четверка.
— Поняла, спасибо, — ответила я.
— Киара, ты знаешь порядок танца? — спросила педагог.
— Учила немного, — наврав, сказала я.
— Хорошо, начнем пока в медленном темпе, потом повторим, когда у тебя в голове все устаканется, — ответила Роса.
Я надеялась, что одного просмотра видео мне хватит на сегодняшнюю репетицию.
Мысленно я быстро пробежалась по порядку всего танца.
Мне повезло, что меня засунули в тройку, не хотелось при педагоге опозориться незнанием порядка лишь потому, что за пять минут я бы не запомнила целый кусок танца четверки, которая вместе с массой танцевала без остановки.
Тогда как у тройки всё адажио Китри и Дон Кихота были одни подебуре из стороны в сторону и балене по кругу. А затем они убегали за кулисы и выходили лишь на коду.
И вот сейчас, спустя десять минут как мы прошли два раза антре и адажио, я была рада, что пока ничего такого не напутала, хотя глаза выдавали мою озадаченность.
— Коду ты ведь по видео учила, да? — спросила Роса Мария.
Я кивнула. Еще одна ложь. Коду я вообще не успела посмотреть. Но а как иначе нужно было поступить, если тебе важно понравиться педагогам? Первое впечатление о людях самое важное.
— Мы там поменяли всю вариацию у тройки. На записи только первая девочка вылетает из-за кулис большим жэте в третий арабеск, а теперь же все трое выходят. Потом четверка подстраиваются к вам. Когда у них начинаются прыжки, вы сидите на колене, а когда Амур сделает свое па-де-ша в кулису, встаете и делая балене поднимаетесь наверх к массе.
— Видаль, покажи, пожалуйста, начало Киаре, — сказала педагог.
Фабиана начала показывать мне порядок, я же пыталась на ходу все запомнить. Конечно, дома я сегодня буду снова повторять все к завтрашней репетиции, чтобы без вранья было.
— Я готова, — сказала я, посмотрев на порядок, что мне показали.
— Готова? Уже? — удивившись, воскликнула Роса Мария. — Что ж, тогда начнем.
Мы отошли к правому станку, якобы к кулисе, и на последний такт мы побежали к центра зала, выстроившись в линию и встав в позу третьего арабеска, т. е. на круазе. Левая нога была спереди, а правая задняя нога вытянута до носка, так что кончик пуантов касался пола. Левая рука была отведена в левую сторону, а правая направлена через центр к зрителю в угол. Голова смотрела также за рукой в угол. Мы сделали препарасьон и начали делать первую комбинацию, состоящую из трех арабесков в разные стороны через шоссе, затем к ним добавились маленькие сотбаски; закончив с ними, мы сделали два маленьких сисона на сорок пять градусов вперед и встали в большой арабеск. К этому времени к нам подстроилась четверка дриад сверху, они должны были с помощью балене вперед пройти между нами, каждая в свою дырку. И вот у нас начались перекидные наверх, краем глаза с двух сторон от себя, я увидела артисток, проходящих мимо меня. После третьего перекидного, я продолжила делать балене за стоявшей передо мной девушкой. Она к этому времени подстроилась к той, за кем шла, и, соединившись с четверкой, мы образовали небольшой круг, из которого незаметно Фабиана и Ана убежали за кулису. Точно! У них же еще подруги, которые выходят в кабачке. На пять минут до конца акта сна они убегали, чтоб переодеться, к подругам Китри.
Все девушки остановились, и музыка затихла.
— Молодец. Не ожидала, что ты так все на лету схватишь, — ответила сеньора Роса. — На сегодня все. Я и так задержала вас из-за того, что долго с кордебалетом провозилась. Завтра выпишу вас отдельно и пораньше. Следите за расписанием.
— Спасибо, — ответила я и поклонилась.
К моменту окончания репетиции Эвы уже не было. Видимо, она ушла раньше, а я не заметила, так как была сосредоточена на работе. Подойдя к своему коврику и сев, я вдруг поняла, как сильно устала. И почему нельзя вот так сидя на коврике полететь домой? Прям как Алладин! Рассмеявшись, я стала снимать пальцы. К счастью, мозолей не было, но ногти на больших пальцах болели с непривычки. Еще бы, сезон только начался, всё тело заново входило в форму. Концертмейстер ушел из зала вместе с Росой Марией Нуньес.
Медленно собрав все вещи, я не собиралась еще вставать и уходить, решила еще немного посидеть в зале. Через некоторое время зал опустел. Посидев три минуты на полу, надев чуни на голые ноги и достав наушники, я включила трек и пошла в центр зала. Решив, что, возможно, репетиций дальше в зале не будет, начала вспоминать порядок цыганского танца.