Я же сегодня в свой смартфон после собрания в «Сиесте» не заглядывал.
И если бы Лайонел не заговорил бы про списки, не полез бы сейчас в карман своих брюк.
Он всегда стоял на беззвучном режиме, чтобы никто не мог до меня докопаться. В особенности Хулио, так как он постоянно любил следить за каждым шагом артистов, и не дай бог, ты прогуляешь урок. Этот ужасно дотошный человек от тебя не отстанет до конца твоей жизни.
Нажав на экран, я увидел кучу уведомлений из соцсетей, новостей, эсэмэс в театральном чате и одно сообщение с неизвестного мне номера. Разблокировав телефон, я нажал на него.
«Привет. Это Киара.
Можешь, пожалуйста, прислать запись адажио?»
Отправлено в 18:37
Какое еще, к черту адажио? — подумал я. Но вместо ответа открыл ее аватарку. С фотографии на меня смотрела девушка с черными как ночь глазами. На ее губах играла обворожительная улыбка с темно-красной помадой.
Интригующе…
Густые ресницы, обрамляющие черные глаза, придавали ее взгляду некой таинственности. Подчеркнуто острые скулы говорили о серьезности этой девушки.
Еще с самой первой встречи я заметил, насколько она была красива.
И не только по тому изяществу и грации, которые видны были во всей ее фигуре, но и по манерам ее поведения и выражения лица. Было в ней что-то особенное, но я никак не мог понять что именно.
Всякий раз, видя ее в театре, я не мог оторвать своего взгляда от нее. Любоваться ее было одно наслаждение, но вот когда она открывала свой рот, хотелось ее задушить.
Да и характер у нее был не сахар, а точнее будет сказать, «сахар со стеклом», но, может, как раз именно этот факт делал из нее некую изюминку.
— О чем задумался? — вырвал меня из размышлений голос Лайонела.
— Да вот новенькая написала. Запись какого-то адажио просит скинуть, — ответил я.
Одним из главных правил нашей дружбы с Лайонелом было ничего не скрывать друг от друга. Полное доверие, и это правильно, считал я. Кто, как не лучший друг, спасет всегда из любой неприятности, именно поэтому у нас с ним никогда не было тайн друг от друга. Он все знал обо мне, а я о нем. Когда я ему рассказал о своем плане по поводу новенькой, он лишь рассмеялся и произнес: «Делать тебе больше нечего, как тратить время на всяких мышек».
В старые времена мы даже делились своими женщинами. Он, конечно, предлагал мне как-то трахнуть Сандру, но я тогда сразу отказался. Она, конечно, была той еще штучкой, но меня не возбуждала. Он не стал настаивать, а я решил, что если когда-нибудь вдруг начну обращать внимание на кукольных Барби, тогда и возьму Сандру.
— Новенькая? Откуда? — спросил он.
— Ух, Лайонел, если б ты ее видел только… — ответил Оскар, не дав вставить мне ни единого слова. — Такая дерзкая, горячая… всякий раз, когда открывает свой рот, хочется прямо засадить в нее по самые гланды. Но вы, парни, не трогайте ее, она моя, — рассмеявшись, произнес он.
— Я рассказывал тебе, помнишь? — произнес я, многозначительно посмотрев на него.
— Мышь? — бросил он.
Я лишь кивнул. На секунду мне показалось, что мы говорим с ним о разных людях, ведь уж кого-кого, а вот Киару назвать мышью было невозможно от слова «совсем». Она скорее была похожа на черную пантеру и являлась больше хищником, нежели жертвой.
— Оскар, тебе по трахаться просто нужно, давай заканчивай гонять лысого и найди себе живую бабу, только не Сандру, а то Лайонел сломает тебе шею, — произнес Винсенте, скосив глаза на Лайонела.
— Я не против, если хочешь. Дарю! — раскрыв руки, произнес Лайонел, и сидевшая все это время на его коленях Сандра чуть не упала.
— Лайонел! — взвизгнула она.
— Пошутил, дорогая, — произнес он, а затем подмигнул Оскару.
— Ну и шутки у тебя, любимый, — обиженно проворковала она.
— Можешь уже начать искать. После двенадцати клуб забит сполна красотками, мечтающими трахнуть тебя во всех смыслах, — ответил Лайонел, рассмеявшись, а затем, взглянув на меня, продолжил: — А ты, друг мой, не заставляй все же ждать новенькую и отправь ей этот чертов танец.
— Какой? Я еще не смотрел списки, — произнес, я забыв об этом.
— Шехерезаду, — ответил он. — Как вспомню о Ракель, так сразу возбуждаюсь… — Подмигивая мне он потянулся за новой порцией виски.
— Ракель… — протянул я и облизнулся.
Такое не забудешь…
Это был второй год нашей с ним работы, когда ведущая балерина.
Ракель Маркес готовила весь балет «Шехерезада» на гастроли, а по приезде руководитель решила вырезать фрагмент номера и оставить его у нас в концертном формате. Тогда меня сразу определили в первый и единственный состав, потому что все это время мы с ней трахались по дружбе и она решила предложить им мою кандидатуру.
Ракель была старше меня на тринадцать лет, и меня абсолютно не смущал ее возраст, потому что в постели она ничуть не уступала молодым. Я бы даже сказал, была одной из лучших женщин в моей жизни. Именно этот опыт она и передала мне.
Попробовать втроем было ее идеей, и когда она мне сказала найти кого-нибудь, я без раздумий сразу же сказал об этом Лайонелу.
Для нас, молодых сопляков, Ракель казалась ангелом во плоти. И мы вплоть до ее отъезда постоянно проводили время все вместе.
Почувствовав боль в висках, я решил, что пора бы вернуться домой и хорошенько выспаться.
— Ребят, я все, валюсь с ног, — произнес я, вставая с дивана.
Лайонел, все это время увлеченно беседующий с друзьями, приподнял Сандру и, пересадив ее на диван, поднялся следом за мной.
— Я отвезу тебя, — произнес он.
— Не беспокойся, я на своей, — ответил я и вышел из-за стола.
— Ты достаточно выпил сегодня, чтоб красиво размазаться по асфальту, дружище. Пошли, я отвезу, — выходя из-за стола, бросил он. — Себастьян потом пригонит «феррари» к твоему дому, оставь мне ключи.
Чуть позже, подъезжая к моему дому, я тяжело вздохнул.
Всю дорогу от «Сиесты» мы обсуждали наши дела под хиты этого года.
— Спасибо, бро. До скорого, — сказал я Лайонелу и вышел из машины.
— Без проблем, на связи — ответил он. И тут же рванул с места.
Я посмотрел вслед уносящейся прочь «бугатти», поднявшей после себя всю пыль с земли, и вспомнил о том, как мы частенько гоняли с ним в прошлом, участвуя в различных гонках.
Уже лежа в кровати, я вспомнил, что так и не отправил чертову запись Киаре. Она, наверное, уже весь дом перевернула, назвав меня козлом. Да и срать вообще, что она там делает, главное, чтоб в лицо ничего не ляпнула, иначе я покажу ей, каким бываю, если меня разозлить.
Поднявшись с кровати и открыв свой ноут, я нашел нужную мне папку и перекинул запись к себе в смартфон.
Открыв ее эсэмэс, я уже вставил файл, как вдруг меня осенило.
Видит бог, я отказался от нее один раз, но она все-таки сделала первый шаг ко мне сама лично, так что, пожалуй, раз произошло все именно так, как я и хотел, то сейчас я ей и преподам урок.
Убрав файл, я отключил смартфон.
Посмотрим, что она дальше будет делать…
Удовлетворенный небольшой пакостью со своей стороны, я заснул.