Множество опьянённых девушек и юношей зажигали на танцполе, по большей части это выглядело нелепо, нежели круто, ибо каждый из них совершенно не контролировал свои действия. Над танцполом находилась широкая сцена, за пультом которой стояли два ди-джея. По обеим сторонам от них были расположены шесты для пилона, и две девушки в разнообразных по форме костюмах с блестками вращались.
Пока Рауль вел нас к лестнице на второй этаж, Даниэлла остановила меня.
— Что такое? — пытаясь перекричать музыку, спросила я.
— У меня на браслете написано «Princesa, tu Mario esta' en camino»[8], — кричала она. — А у тебя?
Посмотрев на свой браслет я усмехнулась:
«Verdad o reto»[9].
Поймав взгляд Дани, я махнула рукой, мол, потом обсудим и мы пошли дальше. Подумаешь, это всего лишь совпадение. К тому же у Даниэллы не было никакого Марио.
На втором этаже справа располагались столы с диванами из красного дерматина.
Рауль привел нас в одну из таких беседок и отодвинул шторку. Вот что я не ожидала увидеть, так это Эву, сидящую у Роберто на коленях. Увидев нас, она тут же соскочила и подошла.
— С днем рождения! — хором с Дани произнесли мы.
И сразу же вручили ей подарок.
— Ой, спасибо большое! Я так рада, что вы пришли. Давайте присаживайтесь куда хотите, — радостно ответила она, после чего обняла каждую из нас. Забрав подарок, она вернулась к своему месту по центру стола и произнесла: — Раз все в сборе, то можем начать праздновать! Если кому-то нужен будет кальян или еще что-либо, заказывайте у Рауля.
— Я сегодня в качестве тамады, — шутя ответил Рауль
Присев рядом с Адой и Энрике, я оглядела присутствующих на сегодняшнем вечере. В нашей беседке стоял большой стол овальной формы из стекла, забитый всевозможными закусками в виде канапе, брускетт, сырных и мясных нарезок и амюз буш. Из напитков стояли бутылки красного и белого вина, игристое, виски, а также соки и газировка. Диваны расположены были полукругом к столу. По центру сидела Эва, рядом с ней находился Роберто, справа от Эвы сидела Алисинья, Беатрис, Рубен и Клаудия. Слева от Роберто сидел Хавьер, Ада с Энрике и я. Даниэлла подсела к Клаудии. Рауль вовсе не сидел, постоянно бегая туда-сюда и проверяя, хватает ли напитков или еды на столе.
Пить я сегодня была не настроена, поэтому попросила Рауля налить мне вишневого сока. Ребята веселились, шутили, говорили тосты, а я сидела и наблюдала за ними. Такие живые, счастливые… я невольно улыбнулась.
— Эй, Киара, золотко, ты чего загрустила?
Услышав голос Роберто, я повернулась в его сторону.
— С каких пор я золотко? — ответила я, сощурив глаза.
— Я бы тебя по-другому назвал, да вот боюсь смутить присутствующих, — ответил он и усмехнулся.
Моим ответом для него были лишь слегка вздернутая бровь и закатанные глаза. Но от меня не ускользнуло то, как Эва во время нашего маленького разговора с Роберто выглядела слегка подавленной, но как только я встретилась с ней взглядом, она тут же улыбнулась и снова начала веселиться, будто бы минуту назад не была чем либо расстроена.
Она что, ревнует?
Да какое мне дело до Роберто? Я ведь ей всегда говорила, что такой, как он, мне не нужен. Вот если это был…
Обрывая себя на мыслях об этом человеке, я встала с дивана и решила выйти наружу.
— Ты куда? — тут же спросил меня Рауль, сделав шаг ко мне.
— Хочу осмотреться, — произношу я.
— Мм… не думаю, что это хорошая идея. Там ведь сейчас куча людей, да и в принципе не особо интересная обстановка, — сказал он.
— Да, ты прав. А где тут уборная? — говорю я.
— Как выйдешь, прямо и налево. Там две двери, разберешься, — ответил он, пристально смотря мне в глаза.
— Спасибо, скоро вернусь, — ответила я, выходя из нашей беседки.
На втором этаже музыка слышна была не столь громко, как на танцполе. И все же это было захватывающее зрелище. В уборную я вовсе не собиралась, а спросила лишь для того, чтобы Рауль отстал от меня со всякими расспросами. И вообще, какое ему дело? Раз он тамада, то пусть и занимается праздником Эвы.
Облокотившись на перила, я стала разглядывать танцующих людей снизу. Освещение в клубе было достаточно яркое, все лица можно было спокойно рассмотреть. Исключениями были углы и барная стойка, яркие лучи не попадали в эти места, и они оставались в темно-тусклом свете. Стоя наверху и глядя вниз, я ни о чем не думала, наслаждаясь моментом уединения. После сегодняшнего спектакля я очень устала, мне хотелось домой, но я не могла отказать Эве, так как все еще намеривалась выяснить с ней причину разрыва дружбы.
Разглядывая каждого человека в толпе, я заметила знакомое лицо. Себастьян?
Наверное, тоже пришел потусить, подумала я. Если бы его Эва пригласила, то он бы сидел с нами, верно? Или, быть может, он тоже хотел покоя и уединения? Ах… какого покоя, Киара? Посмеявшись над собой, я принялась следить за Себастьяном. Он стоял на танцполе, слегка двигаясь в такт музыке, и разговаривал с каким-то парнем. Парень как-то странно себя вел, сначала взял руки в замок и тряс ими перед собеседником, потом достал из кармана джинс что-то обернутое в резинке.
Хм… если это деньги, зачем их так сворачивать? — подумала я. Себастьян сразу же выхватил у него зажатые в резинке деньги и сунул себе в карман. Может, парень возвращал ему долг? Минуту спустя, все еще двигаясь в танце, Себастьян снова положил руку в карман и медленно ее вытащил. Я не видела содержимое в руке, потому что он держал его в кулаке. Подвинувшись к парню вплотную, он плавно вложил тому в карман вещь, что находилась в его кулаке. Как только он это сделал, то сразу, развернувшись спиной к парню, стал уходить в сторону барной стойки.
Не то чтобы мне было интересно, что именно было у него в руке, но подкрадывающаяся неприятная мысль все же затесалась у меня в голове.
Меньше всего мне хотелось сейчас об этом думать. Конечно, в фильмах показывают много всяких оферт, но все же я надеялась, что в жизни такого не бывает.
По крайней мере, я надеялась, что моя догадка о том, чем именно в данную минуту занимается Себастьян, была всего лишь плодом моего воображения.
Из-за сильного дыма кальянов, что разлетались по воздуху со скоростью комара, меня затошнило. Голова закружилась и не хватало свежего воздуха. Сначала я хотела вернуться в беседку к ребятам, но потом мне не хотелось тревожить их праздник своим состоянием, и я решила выйти на улицу. Немного придя в себя, я подошла к лестнице и, аккуратно держась за перила, спустилась вниз.
Достав из сумочки номерок, я передала его гардеробщице, и она вернула мне мой пуховик. Накинув его на себя и не застегнув, я вышла из клуба.
Легкий прохладный ветерок сразу же привел меня в чувство, как только я отошла от входа. Толпа людей за время нашего прихода уже рассеялась, оставалось всего несколько компаний, что курили в сторонке или общались между собой. Постояв на месте, я начала немного замерзать и решила пройтись в другую сторону от компаний вдоль здания клуба. На улице едва различимо была слышна музыка, играющая внутри здания, громкие разговоры и перепалки людей постепенно отдалялись с каждым моим шагом. Дойдя до конца освещаемого угла, я развернулась чтобы пойти обратно, как неожиданно услышала песню группы «Rammstein — Sonne». Никогда не была поклонницей рока, но этот трек был сейчас хитом, и я постоянно слышала его везде. Кажется, кто-то решил поставить его себе на звонок, потому что стоило мне остановиться и прислушаться к песне, как она перестала звучать и до меня донеслись слова: