Вообще, я выбрал её именно за длинные каштановые волосы, чтобы создать идеальную сцену для всего мира. Это вознесёт меня на новые высоты.
Привязываю верёвку к резинке, ближе к коже головы, тщательно следя, чтобы пряди не выскользнули под действием силы тяжести. Затем поднимаюсь и иду обратно к мосту, где привязываю верёвку к перилам.
Хватаюсь за поручень, сбивая с него снег, и заглядываю вниз. Голова болтается там, глядя на высохшую реку, теперь укрытую белым покрывалом.
Моя губы медленно растягиваются в улыбке, снег хрустит под ботинками.
Такой шедевр.
25
Саванна
Совещания в переговорной — адская скука. Джеймс настаивает, чтобы мы проводили их дважды в неделю: по понедельникам и средам. Благодаря моим еженедельным встречам с Робби мне удалось выкрутиться из середины недели, но я всё равно вынуждена высиживать целый час, пока Джеймс болтает во главе стола. По крайней мере, есть кофе и печенье. Оно мне нужно.
— Жанин, — говорит Джеймс, ставя чашку на стол и проводя мясистой рукой по светло-голубой рубашке и тёмно-синему галстуку. — Я был впечатлён твоим отчётом на прошлой неделе. Теперь, когда Эллиот работает над делом «Убийцы с моста», мне нужно, чтобы ты взяла на себя освещение ограблений.
— На этом фронте пока тихо, — замечает она напротив меня, делая движения руками, которые подчёркивают её новый маникюр. Ну, выглядит неплохо.
— Читатели всё ещё жаждут подробностей. Раскопай что-нибудь интересное о жертвах, пока грабители снова не нанесли удар. Или, ещё лучше, про систему безопасности, которую установили банки. Они ведь все пользовались услугами одного поставщика, верно?
— Да, — подтверждает Эллиот рядом со мной, рисуя что-то в блокноте.
Я закатываю глаза. Уверена, он читает газеты перед сном.
Джеймс печатает на ноутбуке, затем переключает внимание на Марка, самого опытного репортёра в нашей газете.
— Как продвигается расследование скандала с изменами?
— Джексон Клифтон, знаменитый женатый футболист, попался с голой задницей в стриптиз-клубе, — шепчет Эллиот, и я показываю ему средний палец.
— Ты, должно быть, очень скучный человек, — сладко говорю я, прежде чем потянуться за ещё одним печеньем.
Джеймс продолжает делать заметки, пока я считаю тикающие секунды, стряхивая крошки с брюк. Мне нужно написать свою колонку. Я даже не приступила к ней на этой неделе — настолько выбита из колеи последними событиями, что даже не знаю, о чём писать.
— Эллиот, по твоей истории появились новые детали. Вчера вечером было ещё одно убийство. Мне нужно, чтобы ты отправился на место преступления и задокументировал всё, что сможешь. И сделай несколько эффектных фотографий. Капля крови на снегу, снимок моста… О! — Он поднимает палец, глаза горят. — И обработай их так, чтобы выглядело мрачно и зловеще. Читатели это сожрут.
— Будет сделано, — кивает Эллиот.
— Саванна, дай отчёт.
Ну, у меня ничего нового, кроме того, что я отсосала у тюремного надзирателя. Живу на полную катушку.
Я прочищаю горло и выпрямляюсь на стуле, игнорируя лимонный аромат одеколона Эллиота, когда он тянется за своей чашкой кофе. У него ещё осталось немного. Я осушила свою через пять минут после начала совещания.
— Всё идёт отлично. Я провела выходные, работая над статьёй для колонки.
Ложь. Откровенная ложь.
— А как насчёт финального отчёта? Хэммонд уже рассказал тебе об убийствах? О местах захоронения пропавших тел? Признался ли в других убийствах? В методах умерщвления, когда тела были слишком разложившимися, чтобы установить причину смерти?
— Так много вопросов… — бормочу я, заставляя Эллиота подавиться кофе. — Как я уже сказала, я добиваюсь хорошего прогресса.
Я не добиваюсь, но готова блефовать до победного конца.
— Пришли мне то, что у тебя есть по отчёту. Я хочу ознакомиться.
Отлично…
— Конечно, сделаю. — Я сохраняю максимально вежливую улыбку.
Но Джеймс ещё не закончил. Он явно решил разрушить мою жизнь.
— Раз у тебя такой прогресс с отчётом и еженедельной колонкой и есть свободное время до следующей встречи с Хэммондом, мне нужно, чтобы ты сегодня сопровождала Эллиота. Его проект оказался куда масштабнее, чем мы предполагали. Ему понадобится вся возможная помощь в документировании этой истории по мере её развития.