Николас тоже встает, он не и близко не так пьян, как я. По пути на кухню он хлопает меня по плечу.
В последний раз помахав рукой через плечо, я выхожу из гостиной. Прихожая плывет перед глазами, и я упираюсь рукой в ободранные обои. Сегодня я проиграл слишком много денег, пытаясь отыграться. Гребаный идиот. Я никогда не учусь.
Выйдя на улицу, я чувствую, как холодный воздух бьет меня по лицу, и это немного протрезвляет. Достаточно, чтобы пойти по тротуару более-менее прямо. Фонарей мало, и они стоят далеко друг от друга. Я прохожу мимо разукрашенных граффити многоквартирных домов с заколоченными окнами. Когда же наша жизнь пошла так по пизде? Когда покерные вечера по средам перестали быть просто забавой? Когда игра завладела моей жизнью?
— Постой.
Я оборачиваюсь на звук мужского голоса позади меня. Щурясь от снежинок, пытаюсь разглядеть его.
— Ты кто?
Он целится мне в лицо пистолетом и передергивает затвор с мрачной ухмылкой, обнажающей острые клыки.
— Давно не виделись, Дэвид.
Страх сжимает мне горло. Я уставился на оружие, медленно поднимая руки по бокам.
— Я думал, мы больше не встретимся, Хэммонд.
— Забавно. Арчер сказал то же самое. А теперь пошел. — Он делает нетерпеливый жест пистолетом, и в его низком голосе проскальзывают нотки раздражения. — Пошел!
Я поворачиваюсь и оглядываю пустую улицу.
— Куда, Хэммонд?
Сильный удар по голове заставляет мои ноги подкоситься, и накатывает тьма, увлекая меня на дно. Последнее, что я вижу, — размытый силуэт Хэммонда, склонившегося надо мной.
— Сладких снов. Скоро увидимся.
Каждая мышца в моем теле ноет, когда я медленно прихожу в себя. Мои глаза открываются, и я моргаю, заметив мужчину, сидящего в кресле напротив моей кровати. Мысли медленные и вязкие. Я пытаюсь тряхнуть головой, чтобы прочистить ее, но туман не рассеивается, цепляясь за края сознания.
Как, блять, я оказался дома? Я ведь дома, да?
Вытягиваю шею, оглядывая знакомую комнату. Что-то не так. Плечи болят.
Какого хуя? Мои запястья стянуты стяжками и привязаны к каркасу кровати. Я пытаюсь вырваться, но пальцы лишь покалывает в ответ.
Мужчина говорит, его неразборчивые слова то накатывают, то отступают. Я пытаюсь пошевелить ногами, но лодыжки тоже прикреплены к кровати.
Охватывает паника, и лоб покрывается холодным потом. Я перевожу взгляд обратно на мужчину, пытаясь понять, кто это.
Его голос медленно пробивается сквозь туман. Когда он снимает капюшон, мои глаза расширяются от узнавания.
Робби Хэммонд наклоняется вперед и упирается локтями в бедра. В его пальцах болтается нож. Он сжимает его крепче и направляет лезвие на меня, заставляя мое сердце бешено колотиться.
— С возвращением, соня. Я достаточно долго ждал, пока ты очухаешься.
Я пытаюсь говорить, но мой голос заглушается под клейкой лентой на губах. Какого черта он здесь? Что ему нужно?
— У тебя милый кот. — Нож скользит по воздуху, пока не указывает на кошачью лежанку в углу, где мирно спит мой рыжий полосатый кот. — Я хотел себе такого, когда был маленьким, но моей матери это не нравилось.
Я хмурюсь, когда он пожимает плечами, будто мы обсуждаем погоду.
— Говорила, что они ссут на трейлер.
Я моргаю, ноздри раздуваются. Мои глаза расширяются, когда он поднимается на ноги и нависает надо мной, его взгляд скользит вниз по всей длине моего голого тела.
Где, черт возьми, моя одежда?
Каждая мышца в моем теле напрягается, кроме тех, что учащают дыхание. Он проводит острым концом ножа вниз по моей груди и через напряженный живот. Возникает тупая боль, и по следу лезвия проступают капельки крови. Порез был не глубже царапины, но мое сердце колотится о ребра, а ледяной страх сжимает дыхательные пути. Я неровно дышу через нос, отчаянно пытаясь вырваться из стяжек.
— Я всегда любил кровь. Хочешь знать почему? — спрашивает Робби, постукивая обухом ножа по моему вялому члену, а затем холодно улыбается и подходит к ящику с инструментами у кресла.
Я вытягиваю шею, чтобы посмотреть.
Это мой ящик с инструментами, который я хранил на кухне. Робби обыскал мою квартиру, пока я был без сознания.
— Я люблю кровь, потому что это единственное, что есть у всех нас и что делает нас равными. Неважно, кто ты. Богатый, бедный, еле сводящий концы с концами или владелец яхты. Мы все истекаем кровью. — Присев на корточки спиной ко мне, он открывает ящик. — Стоит отмести всю хуйню, и мы все истекаем красным.