Алексей ещё раз окинул меня нерешительным взглядом, но всё-таки вздохнул и стянул с себя шарф, обмотал его вокруг моей шеи, и неодобрительно посмотрел на мой тонкий полушубок.
- Я не замёрзну, - кокетливо улыбнулась я, вдыхая запах его шарфа. Он был таким же, как и его хозяин, простой, но очень мягкий и тёплый, и на моей коже он ощущался приятнее, чем кашемировые платки, купленные когда-то в Италии. Прохладный ветер, от которого на этих полях не было никакой защиты, продувал меня насквозь, но я не подала вида. Алексей взял меня за руку и повёл в сторону от деревни, где начинался спуск к реке. Я бы ни за что не пошла туда одна, но рядом с ним я не испытывала страх, я забывала о том, что это такое, целиком положившись на него. Хоть Алексей и не был старше меня, но его спокойная уверенность во всём, что он делал, передавалась мне, и я переставала тревожиться. Он казался мудрее и старше, и это делало его в моих глазах ещё более притягательным. Я как будто в нём видела тот надежный оплот, которого мне так не хватало в собственной семье, когда отец не замечал никого вокруг, а мама всё время сидела, запершись в своей комнате.
Я задрала голову вверх и сглотнула подступивший к горлу ком, затем посмотрела на Алексея, который шёл впереди, протаптывая мне дорогу в снегу. Он был таким высоким и стройным, и я в очередной раз с сожалением подумала о том, что он должен был родиться в семье музыкантов, или писателей, кого угодно, но не деревенского кузнеца, который взвалил на его плечи ношу, непосильную для шестнадцатилетнего парня. Алексей никогда не говорил мне об этом, но я часто видела ссадины и синяки на его руках, о происхождении которых могла лишь догадываться. Однажды я не выдержала, и спросила, не отец ли это сделал? Но он лишь провёл ладонью по моим волосам и сказал, что у меня нет повода переживать за него. С тех пор он перестал закатывать рукава рубахи.
- Тебе не стоит ожидать чего-то грандиозного, - он оглянулся на меня, и казался слегка обеспокоенным, — Это правда будет немного непривычно для тебя, но…
- Я это переживу, - улыбнулась я в ответ, - Я просто хочу посмотреть. И я обязательно скажу, если захочу домой.
Он кивнул и отвернулся, а я посмотрела на розовую полоску неба у линии горизонта, когда спускалась по рыхлому снегу, за которым то и дело проглядывала жухлая трава. Закаты в этом месте были особенно красивыми, ничего подобного я раньше не видела. Алексей подал мне руку, чтобы я не поскользнулась, и мы начали свой спуск к реке.
Тонкий лёд сверкал в лучах закатного солнца, и я остановилась, невольно залюбовавшись видом.
- Что они делают? – с вежливым любопытством спросила я у Алексея, разглядывая нарядную толпу молодых людей, которая уже собралась у реки. Я сощурилась, разглядывая девушек в украшенных лентами полушубках, и молодых мужчин, на шеях которых в лучах закатного солнца сверкали украшения. Я не могла разглядеть, что это было, но мне показалось, что на них были зубы или когти какого-то крупного животного. Мои глаза удивлённо расширились, и Алексей, увидев это, поспешно сказал:
— Это всего лишь зубы медведя, но они не убивали его.
- Всего лишь? Зачем они их носят?
Алексей сдвинул шапку на бок и нахмурился.
- Понимаешь, это своего рода оберег. Я не знаю, было ли это на самом деле, но много лет назад, как рассказывал мой отец, основатель нашей деревни убил медведицу. Она напала на него в лесу, и он чудом выжил, но после этого рассказывал всем, что в тот день встретил самого дьявола в обличии зверя. Тот человек был опытным охотником, он всякого в своей жизни повидал, но клялся, что никогда не видел медведей подобного размера. Эта была чёрной, как уголь, огромной, чуть ли не с дерево в полный рост, сущая дьяволица. Я знаю, это звучит глупо, но… Такова наша деревенская легенда. Ты можешь верить или нет, но это то, что говорят люди. Тот охотник выследил её, и убил, но так и не смог найти медвежат. Он был уверен, что у той медведицы был целый выводок, который она так яростно защищала. Когда охотник убил её, то вырвал её зубы и когти, и принёс их в деревню, чтобы над ним перестали смеяться. Но когда мужики вернулись в лес, чтобы забрать её, то ничего не нашли. Она словно растаяла в воздухе, понимаешь?