Прошло четыре дня и Шереметьева извелась, ожидая либо плохих новостей, либо хороших. Хотя на последнее особо надеяться не приходилось.
Она знала — Лена не позвонит и никак не обозначит своё местонахождение, как и было уговорено ранее.
А вот плохие мысли закрадывались в голову ежеминутно, терзая страшными картинка мозг.
Сын знакомого Раисы Максимовны из прокуратуры был предупрежден и каждый день звонил девушке, что бы справиться о их с мамой делах.
Разумеется, о причине боязни бандитов Кира не могла сказать, ни Святославу, ни даже матери, понимая, чем всё это может вылиться.
Просто соврала, что за ней кто — то следит. Смешно. Кому нужна обычная продавщица из продуктового магазина? Совершенно верно. Никому.
Вот и Святослав не поверил в это, как собственно и Раиса Максимовна.
Оба посчитали, что одинокой девушке просто нравился сын прокурора и она решила таким образом привлечь к себе внимание.
И оба были не против.
Мама — по понятным причинам: хороший мальчик, воспитанный и так далее.
А Святослав, похоже, испытывал те же чувства, в которых подозревал Киру.
И вроде бы была она в безопасности, но облегчения от этого не ощущалось…
Совсем никак.
Как оказалось, не зря.
Девушка возвращалась с работы поздним вечером и так ушла в свои невеселые думы, что даже не заметила черный, наглухо тонированный джип, что вопиюще-нагло был припаркован у самого подъезда.
Подняв взгляд на машину, она инстинктивно попятилась и только потом поняла, какую ошибку совершила.
Мужчина, что стоял, облокотившись о машину, тут же встрепенулся и зачем-то посмотрел на экран своего мобильного.
Затем снова взглянул на девушку и шагнул ей навстречу.
— Здравствуйте, Кира Геннадьевна. Не уделите мне пару минут? — по крепкому телосложению мужчины Кира поняла, кто он и зачем пожаловал.
— Извините, но нет. Я тороплюсь, — она попыталась обойти нахального брюнета, но тот встал на её пути, словно каменное изваяние. — Я ничего не покупаю и не подаю! — сказала слишком резко и только потом сообразила, какую глупость сморозила.
Ага, конечно… По нему ведь видно, что он тут попрошайничает стоит!
«Всё-таки, бабы дуры не потому что дуры, а потому что бабы», — подумалось тогда Шереметьевой и мозг запоздало дал команду «бежать», только пути для отступления были отрезаны тем же мужиком, что резко дёрнув девушку на себя, развернул её и прижал к автомобилю.
— Что, даже не спросишь, откуда я знаю твоё имя? — шёпот у её уха привел Киру в состояние оцепенения, равно, как и его физическое воздействие.
— Отпусти меня! Немедленно! — завозмущалась, но её требования не были удовлетворены. — У меня друг работает в прокуратуре! Я…
— Да знаю я всё о тебе, не утруждайся. Лучше скажи-ка мне, где я могу найти Елену Ермолову, с которой вы украли деньги в клубе «Бестиарий»? — бандит развернул Киру к себе лицом и впился в её лицо изучающим взглядом.
— Сейчас адрес найду, — обреченно вздохнув, буркнула и полезла в сумочку.
Что-то напрягло и озадачило Кирилла в этот момент.
Он понимал — девчонка как-то уж очень быстро сдалась. Может подсунет ему сейчас левый адресок? Хитро. Но не проконает. Не с ним так точно.
А вообще забавная такая эта Кира Геннадьевна Шереметьева. Милашка просто…
Дальше этих раздумий Серебрянцев не пошёл, потому как в лицо ему устремилась обжигающая струя, что заставило Кирилла завопить от боли и закрыть лицо руками, в попытке смахнуть с него это дерьмо, что так невообразимо жгло кожу и глаза.
— Перцовый баллончик — отличная защита от быдла! — Кира оттолкнула стонущего мужчину от себя и бросилась в подъезд. — И передай своим дружкам, что в следующий раз я буду не одна и вооружена получше! Я не знаю, где Лена и денег ваших не брала! Оставьте меня в покое!
Дверь подъезда захлопнулась, а Кирилл склонился на капот машины, всё ещё шипя от ожогов.
ГЛАВА 10
Наше время
— Леночка, ты снова что-то забыла? Или платье не в цвет к сумочке? — саркастично подметил Юра, наблюдая за метаниями супруги. — Мы так опоздаем скоро.
— Да-да! Я почти готова! — Лена впопыхах закидывала в сумку-клатч что — то, что ей в общем-то и не пригодится, но по своему обыкновению должно находиться в каждой женской сумочке.
А затем, ещё раз заглянула в зеркало. Поправила вьющийся огненно-рыжий локон, выбившийся из причёски, и улыбнулась мужу.
— Я вообще не понимаю, зачем так старательно наряжаться? Это всего лишь ужин в узком семейном кругу, — Юрий заметно нервничал, заведомо зная, какой устроит скандал его обожаемая мамочка, если они опоздают хоть на минуту.