Но она-то! Она!
С каких пор превратилась в нимфоманку, раздвигающую ноги, где не попадя?
Стыдно. До ужаса стыдно перед этим… Она не знает его имени. Да и не важно это.
— Не дрожи так, — Святослав застегнул брюки и тронул её за руку, вырывая из мыслей. — Он уже ушёл.
— Какого хрена ты вообще сюда меня притащил? Хотел секса?! Мог бы сразу домой привезти, а не устраивать здесь прелюдию! — раскрасневшаяся Кира бросилась прочь из кабинки.
Холодная вода немного остудила пылающее лицо, жаль, что со стучащим набатом сердцем невозможно проделать то же самое. А неудовлетворённость совсем не способствует успокоению.
— Этот самец твой парень, или ты просто здесь подрабатываешь? — вкрадчивый бархатный голос донесся до ушей девушки и та вспыхнула с новой силой. Теперь, казалось, даже пятки горят от стыда.
Дверь туалета была открыта, а мужчина стоял на входе, облокотившись плечом о косяк.
До Киры даже не сразу дошло, что он сказал, а когда всё-таки дошло, глаза полезли на лоб от обиды и возмущения.
— Что?! Повтори, ты что сейчас сказал?! — забыв о своей недавней «минуте славы», Шереметьева с яростным выражением лица двинулась на мужчину, который, отдать ему должное не струхнул и даже не попятился.
А если учесть, чем закончилась их первая встреча, то и вовсе он достоин медали.
Даже Святик, несмотря на свои немалые габариты и жестковатый характер, побаивается Киру, когда та в ярости. Хотя, конечно, очень может быть, что просто хорошо играет роль снисходительного парня…
— А ты не слышала? Ты за деньги с ним? — казалось бы, да какого хрена его вообще это волнует?
Но увидев эту сумасшедшую с раздвинутыми ножками, а между них этого мудака, что даже не удосужился закрыть кабинку изнутри, захотелось вытащить эту дурёху из-под него и сломать парню челюсть.
Желательно в трёх местах.
И чтобы хотя бы один из переломов был открытым.
Кирилл никогда не понимал мужиков, что так обращаются со своими девушками.
Разложить прямо в публичном месте, не беспокоясь о её репутации… Нет, нихрена не по-мужски.
Тут же посетила мысль, что этот «гопник» в юбке может быть проституткой.
Вот это уже хуже.
Но, спрашивается, какое ему дело?!
— Слушай сюда, недоразвитая обезьяна, — девушка подобралась ещё ближе и зашипела, пристально вглядываясь ему в лицо. — Шлюха — твоя жена! А я со своим парнем, чем захочу, тем и буду заниматься! Где угодно и как угодно. А теперь свали с моей дороги, а то я закончу то, что начала пять лет назад! Выползешь отсюда без глаз! — девушка покраснела от злости и вперилась в Серебрянцева уничтожающим взглядом.
— А куда ты спрятала баллончик на этот раз? — с любопытством осмотрел её с головы до ног. Коротенькое черное платьице больше открывало взору гибкое тело, чем скрывало.
Кирилл сейчас напоминал удава. Хотя нет. Мёртвого удава. Настолько был спокоен. Разумеется, только внешне.
Внутри же происходило что-то необъяснимое. Неизученное наукой.
Даже на выброс адреналина не похоже, когда на тебя орёт девка.
Какая-то странная радость. Больная. Ненормальная.
Он был чертовски рад услышать, что Кира не та, от кого его воротит.
Но вместе с этим облегчением пришло и разочарование… У неё есть парень. Этот боров со стояком её парень.
А ещё он трахал девчонку.
Девчонку, которая понравилась Кириллу с первого взгляда, чего ранее за ним замечено не было. Он после того случая с баллончиком еще с недельку наблюдал за ней. Но потом понял, что ему это не нужно.
Серебрянцев никогда не обременял себя длительными отношениями. Но, конечно, если уж встречался, то только с «правильными» девочками. Хоть и расставался потом с ними. Опять же, это подло.
Не хотелось почему-то обижать эту взрывную симпатяжку. Тем более, что разница в возрасте у них двенадцать лет. Это слишком.
Только вот девочка выросла.
Или просто он так решил.
А может эта встреча — судьба? Смешно, конечно. А с другой стороны, у них даже имена похожи…
Серебрянцев, да ты давно пар не спускал!
— Ты что умер что ли? Я сказала, отойди! — да ну? Он что всё это время стоял как истукан и пялился на неё?
— Конечно, Кира Геннадьевна, — поспешил уйти с дороги этой «грозной женщины» и ухмыльнулся. Горячая. Даже очень.
— Парню привет!
Она остановилась у двери и, прищурившись, отвесила:
— Не думаю, что после этого вы останетесь целы! — развернулась, чтобы уйти.