ГЛАВА 30
Кира стояла под прохладными струями воды, пытаясь прийти в себя после бурной ночки.
Нет, это не была ночь страсти с любимым парнем. Да и любимым ли, тот ещё вопрос… Никогда девушка не ощущала ни бабочек в животе, ни учащенного сердцебиения, как рассказывают влюблённые. Был у неё парень и был… На этом всё.
Да, красивый.
Да, горячий.
Да, не бедный.
Но сердце не «ёкнуло» ни разу.
И чем только она думала, когда посреди ночи решила пойти с этим нахальным бандюгой в ресторан?
Но разве был у неё выбор? По поведению Кирилла было ясно, что он не свалит по-хорошему, а разбудить Славу, чем спровоцировать скандал совсем не хотелось.
К слову, она и так его не миновала — скандала. Даже не так… Мордобоя.
Когда заспанный и разъярённый Святослав спустился в ресторан в поисках своей девушки земля ушла из-под ног. Кира боялась не за себя, она опасалась, что ревнивец набросится на Кирилла и тот пострадает. Хоть и выглядят они по комплекции почти одинаково, однако, девушке приходилось видеть взбешённого Святика «в действии».
— Вот вообще ни разу не понял! — мужчина налетел на них, словно ураган. — Кира, это что за хмырь?! — он дёрнул девушку за руку, принуждая подняться из-за стола, на котором красовалась ваза с фруктами и бутылка шампанского. Ничего же себе… Свиданьице!
Он, значит, как последний лох, верит ей, предложение собрался делать, а эта змея, пока её парень спит, с другим «шампусик» распивает!
— Руки от неё убрал, — Серебрянцев поднялся на ноги и поравнялся со Славой. — А то я тебе челюсть сломаю.
Кира перепугано взирала то на одного, то на другого.
Святослав же, молча отодвинув девушку в сторону, резко вскинул свой далеко не юношеский кулак и что есть силы впечатал его в лицо Кирилла. Тот отлетел в сторону, но не свалился к ногам соперника беспомощным тюком, а лишь повернулся к нему со злой ухмылкой.
Из рассечённой брови Серебрянцева алой струйкой потекла кровь и Шереметьева, зажмурившись, глубоко вдохнула, пытаясь собраться с силами, чтобы позвать кого-то на помощь. Должен же быть здесь хоть кто-то, кроме одной испуганной официантки.
— Даю тебе ещё один шанс. Свалишь меня и она твоя, нет — тогда я не отступлюсь, — уверенный и для этой ситуации чересчур спокойный голос Кирилла вывел объект ревности из оцепенения.
Что, скажите на милость, он творит?! Слава же убьёт этого недоразвитого!
Разумеется, Серебрянцев заслужил своим беспардонным поведением, но всё же Кира не Лена и мужские побоища не внушали ей радости.
— Поговори мне ещё! — Святослав не стал долго раздумывать и врезал несостоявшемуся ухажеру ещё раз, на этот раз Кирилл лишь покачнулся и произошло то, чего Шереметьева совершенно не ожидала. Кирилл ответил Славе. Да так, что сломал нос последнему.
— Ты проиграл, — пока противник поднимался с пола, Серебрянцев подошёл к Кире и, воспользовавшись её замешательством, впился в её губы крепким поцелуем. — До встречи, моя колючка!
Что было потом, лучше не вспоминать. Словно лишившись разума, Святослав метался по гостиничному комплексу в поисках мудака, что посмел так дерзко увести у него девушку. Заливая всё вокруг кровью, обезумевший от ревности Слава носился от номера к номеру желая мести, пока его не скрутили охранники комплекса, а в дальнейшем мужчину забрала скорая.
Кира была бы рада думать, что бандит струсил и больше не появится в её жизни. Не потому была бы рада, что он ей не нравился, нет. Скорее, наоборот… Но если эти двое еще раз столкнутся, то кто-то кого-то порешит.
Вот только Кирилл не испугался. Девушка увидела это в его решительном взгляде, когда тот оторвался от её губ, чтобы криво усмехнуться лежащему на полу Славе и уйти размеренной, плавной, почти ленивой походкой.
Он дал ей время. Подумать о том коротком, но содержательном разговоре, который состоялся у них до прихода сумасшедшего ревнивца.
Сначала, не обращая внимания на бурный протест Киры, Серебрянцев заказал шампанское, а затем коротко молвил:
— Поедешь со мной на море, — и нет, это был не вопрос. Это была констатация. Вот так вот просто. Он, видите ли, решил.
— Ты сбрендил? Или вместо глаз я тебе мозг напрочь выжгла? — девушка была в полнейшем шоке от такого невиданного нахальства. Да даже Слава не позволял себе командовать ею, за исключением редких случаев, и то, получал такой факт на свой аргумент, что потом три дня бегал за ней с извинениями.
— Если не поедешь добровольно, я тебя украду, — мужчина смотрел прямо в её глаза, даже, кажется, не моргая, — У меня кавказские корни, так что даже не сомневайся. Увезу и пикнуть не успеешь, — последнее предложение бандит произнёс нараспев. Да он издевается!