– Хорошо. Я сейчас уйду. А ты осмотрись вокруг. И подумай. Это то чего ты хочешь? Ты ведь даже себя не знаешь, Нина. А я вижу какая ты.
Эти слова вызывают у меня смешанные чувства. Я не уверена, хочу ли я слышать, что он скажет дальше, но любопытство побеждает.
– И какая же?
Марко задерживает взгляд на мне, словно изучая каждую черту лица.
– Умная, красивая, отзывчивая, страстная в своих стремлениях, с характером и таким нераскрытым темпераментом…
Его слова проникают глубоко в душу, вызывая бурю эмоций. Я ощущаю, как внутри меня разгорается пламя, которое давно угасло. Но одновременно с этим приходит страх и неуверенность.
– Прекратите! Хватит! Вы врываетесь в мою жизнь и переворачиваете ее с ног на голову. Я обычная женщина… – мой голос дрожит, но я стараюсь держаться.
Марко медленно качает головой.
– Как же ты ошибаешься, Нина…
Он разворачивается и наконец-то покидает мою квартиру, оставляя меня в растрепанных чувствах.
Глава 8
Стону в голос и обессиленно опускаясь на стул, который с глухим стуком принимает на себя мой вес. Прикрываю лицо руками.
Всё произошедшее кажется таким нелепым, что я даже не понимаю, то ли смеяться до колик в животе, то ли разрыдаться навзрыд. И чего этот Марко ко мне привязался? Еще и перед Ваней теперь придется оправдываться…
– Нина, – будто по взмаху волшебной палочки, в кухне появляется Ваня. В чистой футболке, безропотно выполнив то, о чем я просила. Его взгляд полон тревоги, а в глазах читается неуверенность. – Ты правда от меня уходишь?
Выглядит он абсолютно несчастным, переминается с ноги на ногу и смотрит, как брошенный котенок у подъезда.
– Вань, ну хоть ты-то не начинай! – закатываю глаза к потолку, чувствуя себя загнанной в угол. – Куда я уйду? Я этого Марко третий раз в жизни видела. Мы и не говорили толком нормально ни разу.
– Да? – расслабляется муж и даже плечи расправляет. – А чего это ты от мужиков чужих тогда букеты принимаешь? Еще и домой их приводишь…
– Я не принимала букет! – возмущённо возражаю я. – А домой он сам пошел, как я должна была его остановить? У него наши продукты были.
– Это вот все твоя беспечность, Нина. Могла бы вызвать скорую и домой с кошельком прийти. А лучше бы вообще мимо прошла. Мало ли, что там в машине было. Запихнул бы тебя и в лес.
– Да я…
– Да, ты! – перебивает он меня, повышая голос. – Именно ты виновата в том, что всякие сомнительные личности в наш дом ходят.
– Но…
– Ой, не хочу даже слушать твои оправдания, – резко прерывает он меня, не давая и слова вставить. – У меня голова разболелась от этого кошмара. Точно надо настойки выпить…
В полном шоке наблюдаю, как Ваня наливает себе стопку и быстро опрокидывает в себя. Настроение его значительно улучшается. Не закусывая, он повторяет трюк с настойкой. Я же просто ухожу в комнату. Нет никакого желания на это смотреть.
“А ведь мог показать свой характер при Марко, вместо того, чтобы трепать нервы мне”, – мелькает в голове мысль, от которой я отмахиваюсь. Это наши с мужем проблемы, того бандита вообще здесь быть не должно было.
В спальне, стоя у окна, долго вглядываюсь в темноту улицы. И отчего-то мне кажется, что на меня кто-то пристально смотрит. Но двор практически пуст. Хмурюсь, и отчего-то все думаю о словах, сказанных Марко. Столько комплиментов… Нет, я не падка на лесть, просто он их так сказал. Таким тоном, что я поверила ему.
“К тому жей я считаю ее очень красивой женщиной, которая достойна большего, чем… вот это”.
И чем ему моя квартира не понравилась? Да, скромно, но чисто. Или что именно он имел в виду? Хотя, какая мне разница! Почему я вообще о нем думаю?!
Рассердившись на себя, иду в душ, а после — спать. Долго ворочаюсь с бока на бок и уже проваливаясь в сон, чувствую как ко мне ложится Ваня. Он впервые за долгое время меня ласково обнимает и шепчет на ухо:
– Я люблю тебя, Нинок.
От него пахнет перегаром и квашеными огурцами, но ведь он свой. Такой родной и привычный…
Так и засыпаю с этими мыслями, успокаивая себя. А вот следующий день приносит неприятное открытие. Возвращаюсь домой и первое, что замечаю, это отсутствие света в окнах. Ваня всегда приходит раньше меня и обычно предупреждает, если заходит к маме.
Сердце начинает биться быстрее, когда я понимаю, что что-то не так. Спешу в квартиру, параллельно набирая мужу. Длинные гудки. Запыхавшись, захожу домой. Скинув куртку, продолжаю набирать его номер, но все тщетно. В голове уже рисуются страшные картины того, как его обобрали в подворотне и бросили там с пробитой головой.