— Слабый довод. — Ксандер, покачав головой, вернулся к пасте.
— Только не с моей точки зрения, если учесть, что все это время я живу в центре стройки. Вдобавок ты единственный механик на весь город, и не исключено, что однажды мне потребуется твоя помощь.
— Ты могла бы получить ее вне очереди, если бы у нас был секс.
Рассмеявшись, она покачала головой:
— Только не в том случае, если мы рассоримся и ты будешь дуться на меня. Наконец мне нужно переделать массу работы, чтобы найти деньги на обстановку дома. И у меня нет времени на секс.
— Для этого всегда есть время. В следующий раз я прихвачу с собой пиццу, и мы потратим на секс то время, которое ушло у тебя сегодня на приготовление ужина.
Наоми задумчиво жевала пасту.
— Полчаса? И что я должна думать про твою сексуальную выносливость?
— Я просто стараюсь подстроиться под твой график.
— Весьма предусмотрительно. Тем не менее в этом нет никакой необходимости, поскольку сегодняшний ужин не повторится. Я тебя совсем не знаю.
— Это единственный разумный аргумент, который тебе удалось привести. Но я бы хотел вернуться в начало твоего списка и напомнить о том, что мы давние друзья с Кевином и Дженни. Будь я психопатом, они бы наверняка тебя предупредили.
Наоми неотрывно смотрела на пейзаж за окном.
— Люди не всегда знают тех, кто находится рядом. Даже если живут с ними много лет.
Что-то личное, подумал Ксандер. За ее словами явно крылось что-то интимное. Но вместо того чтобы настаивать, он решил испытать кое-что другое.
Наклонившись, он притянул ее к себе. Нашел губы. Поцелуй вышел страстным и жарким, как решающий довод.
Ксандер знал, когда женщина хочет. Как сейчас Наоми. Он чувствовал это по ответному поцелую, по дрожи, которая пронзила ее тело.
Этот жар, это слияние желаний наверняка приведут их в ее новую, роскошную постель.
Но Наоми отстранилась. Отступила, но продолжала смотреть на него своими удивительными зелеными глазами.
— Весьма убедительно с твоей стороны, — заметила она. — И все же… как и в случае с собакой я не собираюсь ничего менять.
— Пока что.
Что ж, на сегодня он удовольствуется ужином, пейзажами за окном и той загадкой, которая крылась в этой женщине. Такое чувство, будто ему вручили головоломку и теперь ему предстояло ее разгадать. Рано или поздно он справится с этой задачей.
Десять
Она вернулась к работе. Поскольку работа занимала одно из первых мест в списке причин, по которым Наоми отказывалась спать с Ксандером, ей следовало хорошо потрудиться.
Утром, когда она отправлялась на природу делать снимки, пес неизменно следовал за ней. Первые несколько дней она пристегивала его поводком к своему поясу. Разумеется, оба были не в восторге от такого положения дел.
Когда Наоми убедилась, что пес и так никуда не убежит, она стала спускать его с поводка. Обычно он носился где-то поблизости: гонял белок, лаял на птиц, вынюхивал оленьи следы. Она же в это время фотографировала деревья, цветы и лесные ручьи, то сиявшие в лучах солнечного света, то вновь погружавшиеся в тень.
Снимки четвероного друга занимали в ее папках не последнее место.
Сам пес дремал обычно у газового камина — настоящее спасение в прохладные ночи, — пока Наоми работала за компьютером. Время от времени он спускался вниз, чтобы пообщаться с рабочими или с Молли, если та заглядывала в гости. Затем он вновь поднимался наверх и задумчиво смотрел на Наоми, словно пытаясь понять, закончила ли она свое занятие. Если та продолжала сидеть, он вновь устраивался у камина — как правило, сжимая в зубах какую-нибудь вещь.
Порой это была оброненная кем-то рабочая рукавица. А один раз он притащил с собой молоток.
Последовательная, упорная работа стала приносить неплохой доход. От нью-йоркской галереи Наоми получила чек на приличную сумму. Счет в PayPal тоже радовал глаз.
Похоже, людям нравились фотографии собак.
Дженни заглянула в один прекрасный день, чтобы осмотреть дом. Когда они добрались до спальни, у Дженни вырвалось:
— Даже не знаю, что впечатляет больше — кровать или вид из окна.
— Я люблю смотреть в окно, с удобством устроившись на кровати.
— Как же это здорово — просыпаться и видеть такую красоту! Ксандер сказал, твои дядюшки отправили тебе кровать через всю страну.