Участковый бегло осмотрел помещение и удалился. втроём в моей комнате сложно разместиться.
- Маловато света.- заметила Олеся Алексеевна.
- У меня отличная настольная лампа. – подошёл к столу и продемонстрировал наглядно.
- А другое освещение?
- Нет, тут проводка старая была и перегорела. Пока только так. – пожал плечами, извлекая дневник из рюкзака.
- С освещение придётся что-то сделать. Ты так зрение посадишь. – возмутилась она, принимая из моих рук дневник.
- Я скажу маме, когда проснётся. – уверил я, ожидая её вердикта по моей успеваемости.
Она пролистала, не особо заостряя внимание на моих отметках.
- Нормально, но можно и лучше. – скривилась она, возвращая мне дневник.
- Это лучше, чем в прошлом году. – ухмыльнулся я.
Правда, прошлый год я закончил уверенным троишником, а в этом по многим предметом в году четвертка намечается.
- Я всё же хочу посмотреть спальню твоей матери.
- Вы обещали не будить её. – строго напомнил я.
-Конечно, я тихонько посмотрю и уйду.
Я кивнул и направился к нужной двери. Женщина последовала за мной.
Осторожно открыл, пропуская её. Она не стала далеко заходить. Постояла, принюхалась и немного повертела головой, осматривая непривычно чистую (для меня) комнату. Кивнула своим заключениям и тихонько вышла.
Я осторожно прикрыл за ней дверь.
Женщина двинулась на выход. Участковый был во дворе уже минут десять как. Он курил и с кем-то переговаривался по телефону.
- Критических замечаний немного. – заговорила во дворе женщина. – Пусть твоя мама позвонит мне, когда отоспиться. Ещё мне нужна будет её подпись в акте проверки. Надеюсь, она приедет в отдел опеки на днях.
- Конечно. Я ей скажу обо всём, как только она отдохнёт.
- Спасибо. Ты хороший мальчик, Максим. Видно, что любишь и заботишься о ней. – сделала странный вывод она. – До свидания.
- До свидания. – проговорил я, закрывая за ними калитку.
Я вернулся в дом. Попробовал ещё раз дозвониться до Мелкой, но телефон так и был выключен.
Сегодня я отлично пообедал, сообразив себе гигантский бутерброд с колбасой, сыром и помидором. Запил всё это кофе, переоделся и поспешил к дому Алии. Подозреваю, нужно спасать её из заточения.
Алия
Посадили под замок, телефон конфисковали. В общем, как по классику: «Сижу за решеткой в темнице сырой…»
Мама с Кирой сегодня уехали в Уфу решать вопрос её поступления, а мне в надзиратели приставили отца. Он обосновал моё заточение, как возможность хорошенько подумать о своём поведении. Странно, что жертва нападения должна думать о своём поведении, не правда ли?
Но пакт недоверия мне выразили единогласно, а мой голос никто и не рассматривал.
Тогда я восприняла это как возможность выспаться и позаниматься всякой ерундой, вроде чтение запылённых романов сестры. Её руки давно не доходили до книжной полки, а мне захотелось отвлечься.
Признаюсь, будь моя воля, я бы провела это время с Максом, в идеале наедине и в приятных разговорах, но не в заточении своей комнаты.
Роман оказался весьма интересным. Примерно через час я уже с придыханием ожидала первого поцелуя героев, когда услышала стук в окно.
Раздвинула шторы и тут же улыбнулась.
- Привет, узница Аскабана! – парень стаял, спрятав руки в карманах шорт.
- Привет. – я посильнее раскрыла окно. – Как ты понял, что я опять наказана?
- Звонил тебе несколько раз. Так и догадался, что его у тебя отобрали, а значит и свободу тоже ограничили.
- Я наказана на неделю за покрывание преступления. – усмехнулась я. – Для моей же безопасности, сижу и думаю над своим поведением.
- И как? Подумала?
- Конечно. Могу паклятся, что точно не рискну бродить в одиночестве по спальным районам села.
- Отлично. Думаю, с чистой совестью могу тебя освободить из заточения.
- Буду рада.
- Тогда я отвлеку твоего отца, а ты быстро возьмёшь свою обувь и спрячешь в комнате. Поняла?
Я кивнула. Парень улыбнулся и оправился в сторону главного входа.